Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
Часть 4. Возвращение государя 31 (18) марта 1904 года, 08:15. Северное море, у входа в пролив Скаггерак Густо дымя двумя трубами, эскадренный броненосец «Император Александр III» экономическим ходом крейсировал у входа в пролив Скаггерак. Низкое серое небо, с которого временами сеял мелкий холодный дождь, полоска норвежского побережья на севере и порывистый ветер только подчеркивали суровый пейзаж этих мест. Временами ветер крепчал, и на гребнях волн появлялись шапки белой пены. Южнее, на расстоянии прямой видимости, рыскал в море германский крейсер «Тетис». Севернее, ближе к норвежскому берегу, вспахивал морские волны русский крейсер 1-го ранга «Аврора». Погода была, что называется, не ахти, но «Император Александр III» здесь ждал встречу, время и место которой были назначены заранее. И потому командир броненосца, капитан 1-го ранга Николай Михайлович Бухвостов, стоя на открытом мостике, внимательно вглядывался в волны. Струйки воды сбегали по гуттаперчевому дождевику, капли дождя серебрились в его усах и бороде. Бухвостов был одним из тех командиров, которые до конца будут стоять на открытом мостике своего корабля, хоть под мелким дождиком, хоть под ураганным вражеским огнем. Кроме русских офицеров на такое стоическое самопожертвование были способны разве что японские самураи. В нашей истории адмирал Того во время всех своих сражений находился на открытом мостике флагманского броненосца «Микаса», не получив ни царапины. Но это уже совсем другая история. Прямой потомок первого солдата русской регулярной армии, стряпчего Сергея Леонтьева Бухвостова, в 1683 году первым записавшегося в потешный Преображенский полк, Николай Михайлович был прям и верен долгу. В нашей истории известны слова, которые он произнес при выходе броненосца «Император Александр III» вместе со 2-й Тихоокеанской эскадрой: «Мы все умрем… но никто из нас не сдастся». В трагическом Цусимском сражении броненосец «Император Александр III» погиб со всем своим экипажем. Из 857 матросов, кондукторов и офицеров не спасся никто. В этой реальности таких жертв, как гибель эскадр в гавани Порт-Артура и в сражении у острова Цусима, уже не произойдет. Правда, и высшее руководство Российской империей, и командование флота уже знает, что пройдет год-два, и весь корабельный состав русского флота безнадежно устареет. В том числе и броненосец «Император Александр III», а также его еще недостроенные братья-близнецы: «Князь Суворов», «Бородино», «Орел» и «Слава». Придет время совсем других кораблей, несоизмеримо более мощных, быстрых и защищенных, вооруженных совершенным оружием. Но это будет потом, а пока «Император Александр III» считался самым сильным и новым кораблем Русского императорского флота. На мостике рядом с капитаном 1-го ранга Бухвостовым стоял еще один человек, чье имя навсегда было связано со славой русского флота. Вице-адмирал Степан Осипович Макаров, командующий Балтийским флотом. Он тоже время от времени бросал взгляд на зажатые в руке часы и всматривался в серые волны. — Командуйте к левому развороту, Николай Михайлович, – сказал он, повернувшись к капитану 1-го ранга Бухвостову, – сделаем еще один круг. Командир броненосца скомандовал, и «Император Александр III», чуть кренясь на левый борт, стал совершать циркуляцию, рисуя на серой воде четкий полукруг белого кильватерного следа. И вот, когда тяжелый боевой корабль уже почти лег на курс, ведущий в Копенгаген, тут оно все и свершилось… |