Онлайн книга «Октябрь»
|
Я приказал оттащить труп Урицкого в сторону и, попросив казачьего хорунжего собрать мертвых в «кожах» в одну кучку, а живых в другую, по рации связался со штабом, подробно рассказав вышедшему на связь полковнику Бережному о том, что произошло на Обводном. 21 (8) октября 1917 года, 23:00. Петроград, Таврический дворец, штаб по подавлению мятежа Капитан Александр Васильевич Тамбовцев Все идет по плану. Но не по тому, который утвердили Троцкий и Свердлов, а по нашему плану. Уже поступили сообщения о разгоне толп погромщиков, желавших напасть на винные склады и ликеро-водочные заводы. Кое-где дело дошло до стрельбы из пулеметов по толпе. Так, к примеру, произошло у завода Келлера на Обводном, где в числе погибших оказался Моисей Урицкий (между прочим, член ЦК РСДРП(б)), у пивоваренного завода «Бавария» на Петроградской стороне, у винного склада на Васильевском острове, на углу 9-й линии и Николаевской набережной. Там, кстати, отличились моряки и бронедивизион. Огнем двух броневиков толпа погромщиков была частично уничтожена, частично рассеяна. Попутно с нападениями на объекты, где хранилось спиртное, шайки уголовников громили квартиры богатых жителей и церкви, откуда забирали иконы в богатых окладах и церковную утварь. Патрулирующие улицы отряды красногвардейцев и матросов безжалостно расправлялись с бандитами. Так был пойман с поличным во время налета на квартиру богатого ювелира на Садовой известный питерский бандит Мишка Портной, еще при царе-батюшке за грабежи и разбои приговоренный к двадцати годам каторги. На свободу этот подонок вышел благодаря амнистии, объявленной Александром Федоровичем Керенским. Но красногвардейцы, поймавшие Мишку Портного, гуманностью не заморачивались и, согласно Декрету по борьбе с бандитизмом, без лишних разговоров поставили его к стенке. Все происходящее в городе тут же отмечалось на интерактивной доске-карте, которая была вывешена в штабе. Присутствующие здесь Сталин, Дзержинский и Бережной внимательно наблюдали за развитием событий. Кружащийся над городом вертолет с тепловизором и находящиеся на связи командиры подразделений с помощью телефона и радиостанций немедленно сообщали в штаб о малейших изменениях обстановки. Мы ждали нанесения главного удара – по Таврическому дворцу. Ведь все погромы – это лишь отвлекающий маневр, цель которого – растянуть наши силы, сковать их. Но вот около 23:00 наблюдатели сообщили нам, что в сквере на Кирочной, у здания госпиталя лейб-гвардии Преображенского полка начинают собираться какие-то люди. И количество их быстро растет. Когда их набралось несколько сотен, они, по всей видимости получив команду от посыльного, подъехавшего к скверу на автомашине, стали строиться в колонну, над которой вскоре взметнулся красный флаг. Нам стал ясен коварный замысел мятежников. Под видом отряда красногвардейцев они должны были, не вызывая подозрений, подойти к Таврическому дворцу, а потом, неожиданно для охраны Совнаркома, броситься на штурм. Психологически все было продумано верно – трудно было бы открыть огонь по тем, кто идет под красным флагом. Мы предполагали, что агентура Троцкого и Свердлова сумела разузнать пароли для внешних постов, охранявших Совнарком, поэтому по рациям был тут же отдан приказ о смене паролей и объявлена тревога. Нет, господа-товарищи, вы нас голыми руками не возьмете! |