Книга Прорыв на Донбасс, страница 135 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Все ерунда, Рейнхард, — растрогался Гитлер, — главное, что ты жив. В конце концов, в кабине истребителя для тебя оказалось безопаснее. Так, ты говоришь, предатели… Я так и знал! Последние события были просто невозможны без предательства. Ничего, возвращайся, мы вместе найдем изменников, и с новой силой навалимся на большевиков.

Подобный вариант Гейдриха не устраивал, — Мой фюрер, разрешите мне продолжить мою миссию. То, что мои люди погибли — это тяжкий для меня удар. Но это фронт, и думаю, что тут найдется достаточно храбрых и опытных солдат и офицеров вермахта и СС.

— Разрешаю, Рейнхард, — согласился Гитлер, — а сейчас, дай трубку нашей "умной лошади". Я скажу ему пару ласковых.

Гейдрих передал трубку побледневшему фон Клюге, а сам, сложив руки на груди, застыл подобно статуе.

— Генерал-фельдмаршал, — Гитлер начал разговор тихо, но тон все время повышался, и вскоре фюрер сорвался на крик, — вы найдете и дадите обергруппенфюреру Рейнхарду Гейдриху все, что ему необходимо для выполнения его миссии. В первую очередь, это в ваших личных интересах. Или вы хотите, чтобы с группой армий "Центр" произошло то же, что и на юге?

— Никак нет, мой фюрер, не желаю, — отчеканил фон Клюге.

Но Гитлера уже несло, — Нет, наверное, вы мечтаете выйти навстречу большевикам с поднятыми руками, как сделал этот гнусный предатель фон Клейст? А может вам по душе судьба Гудериана, которого русские взяли за шиворот прямо на его НП. Или вы тайный гомосексуалист, и подобно Манштейну хотите быть сфотографированным без порток, в компании здоровенных большевистских полевых жандармов? У одного только генерала Гота хватило мужества пасть в неравном бою, как и подобает истинному арийцу. Из-за досадных промахов, а может быть и прямого предательства, этих господ, с завтрашнего дня Германия погружается в трехдневный траур. За месяц боев мы потеряли свыше полумиллиона солдат и офицеров. Вы понимаете, фон Клюге, что Германия не в силах будет перенести еще одно такое поражение?

— Так точно, мой фюрер, понимаю, — фон Клюге прищелкнул каблуками. А в голове у него была только одна мысль, — Неужели допрыгался?

— Ну, а если понимаете, то тогда, проявите, черт возьми, настоящее усердие. Обергруппенфюрер Гейдрих имеет право взять у вас все, что ему потребуется. Вплоть до танковой дивизии полного состава. Я знаю, что таковой у вас сейчас нет, но по его требованию вы ему ее обязаны сделать к указанному им сроку. Ясно?! — выкрикнул Гитлер, — А сейчас дайте трубку обергруппенфюреру.

— Так точно, мой фюрер, — выкрикнул фон Клюге, и протянул Гейдриху трубку, будто это была граната с выдернутой чекой, — Вас, герр обергруппенфюрер!

Гейдрих небрежно взял у фельдмаршала телефонную трубку, и поднес ее к уху, — Да, мой фюрер?

— Рейнхард, мой мальчик, с предателями в Берлине, решившими устранить тебя руками большевиков, я разберусь сам. Твоя забота — выяснить подробно и во всех деталях, что именно затевают большевики, и по возможности устранить угрозу. Фон Клюге можешь посвятить в самых общих чертах. Если же этот "умник" покажется тебе подозрительным и склонным к предательству, то разрешаю тебе пристрелить его, не задумываясь, и без соблюдения формальностей. Все, обенгруппенфюрер, за дело.

Гейдрих положил трубку, и с иронией посмотрел на фон Клюге, — Да не тряситесь вы так, генерал-фельдмаршал, фюрер понимает, что лично вы к этому делу совершенно не причем. Теперь о сути моей миссии. Здесь на вашем участке фронта… Нет, давайте по порядку. Примерно месяц назад на южном участке фронта большевики бросили в бой довольно странную элитную часть. Не буду утомлять вас описаниями их евпаторийских, симферопольских, ялтинских, и прочих похождений. Но могу сказать точно, что их командующий — это наш злой гений.