Книга Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока, страница 113 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

Я улыбнулся, представив себе истерику на акустическом посту, уж очень бы хотелось на это взглянуть, а Виктор Сергеевич тем временем продолжал:

— Я думаю, что немцы с румынами вообще не поняли, что это была атака подлодки, потому что стреляла «Алроса» бесследной и малошумной электроторпедой. Я ответил на ваш вопрос, Лаврентий Павлович?

— Да, – Берия улыбнулся, – ответили, Виктор Сергеевич. Продолжайте, пожалуйста.

— Итак, в действующий отряд войдут: авианесущий крейсер «Кузнецов», ракетный крейсер «Москва», большой противолодочный корабль «Североморск» и эсминец «Адмирал Ушаков». Этого вполне достаточно, чтобы в случае мало-мальски вероятного немецкого налета организовать непробиваемую систему зенитного огня.

— Откуда налет? – не понял я. – Вы же вроде…

— Эх, Николай Герасимович, Николай Герасимович, – покачал головой контр-адмирал Ларионов, – вы забыли про немецкие авиабазы в Греции и на Крите. Они для нас недосягаемы по двум причинам. Во-первых, удар через территорию формально нейтральной Турции должен решаться совсем не на моем уровне. И во-вторых, зачем облегчать жизнь нашим заклятым друзьям англичанам?

А вот Берлин вполне может выкрутить президенту Иненю руки, чтобы тот разрешил пролет немецких самолетов над турецкой территорией. Так что налет маловероятен, но вполне возможен.

Это же касается и Евпатории. Два эскаэра плюс уже выгруженные там самоходные зенитки «Панцирь» быстро отобьют у асов люфтваффе желание летать. Теперь понятно, Николай Герасимович?

Я кивнул, и контр-адмирал продолжил:

— Кроме ударных кораблей в действующий отряд будут включены все четыре больших десантных корабля. Без техники, по поговорке – в тесноте, да не в обиде, каждый из них сможет поднять не менее двух тысяч штыков.

Мой план такой. Сейчас в районе Феодосии находятся линкор «Парижская Коммуна», крейсер «Красный Крым», эсминцы «Незаможник», «Железняков», «Шаумян». Корректировать огонь группировки можно будет с «Ушакова», там есть специальная радарная система управления артиллерийским огнем. От эсминцев как от кораблей артиллерийской поддержки толку будет не особо много, зато для подавления береговой группировки немцев будут крайне полезны «чемоданы» с «Парижской коммуны». Но это уже ваша епархия, Николай Герасимович, это вам решать. Все, что я хочу вам предложить, – это артиллерийский удар перед рассветом, с высадкой десанта на заре непосредственно на причалы в Ялте. Как только немцы втянутся в бой с десантом, вдоль берега от Фороса и Алушты ударят сухопутные части. Как вам мой план, товарищи?

Я не знал, что сказать. Конечно, жаль, что боекомплект кораблей потомков нельзя пополнить с наших складов. Но, в конце концов, у нас тоже силы не маленькие. Если к соединению «А», которое сейчас находится на траверзе Феодосии, добавить корабли, находящиеся в Севастополе, то немцам будет несладко. Переподчинить себе соединение «А» я смогу и отсюда как нарком военно-морского флота. За всем прочим надо идти в Севастополь и разбираться с Октябрьским. Я посмотрел на Ларионова и кивнул:

— Примем это как возможный вариант, Виктор Сергеевич.

Мы посмотрели на Берию, тот тоже кивнул.

— Теперь в Севастополь?

— В Севастополь! – контр-адмирал Ларионов вызвал по телефону своего начальника штаба и отдал ему соответствующие указания. Некоторое время спустя вибрация корпуса корабля стала сильнее – мы набирали ход.