Онлайн книга «Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока»
|
— Ха!!! – кричало не менее сотни мужских глоток. — Подойдите, подойдите, товарищ Симонов, это очень интересно, – подозвал меня майор госбезопасности Санаев. Зрелище за окном, выходящим на противоположную от машинного двора сторону, было фантасмагорическим. Представьте себе – температура воздуха от силы плюс пять, дует ветер и моросит дождик. Несколько сотен молодых людей, голых по пояс, мускулистых, в сдвинутых на ухо черных беретах, выполняли странные упражнения. На привычную армейскую гимнастику это было не похоже. Скорее, это какая-то разновидность восточного кулачного боя. Вместе с ними тренировались и краснофлотцы в нательных рубахах и бескозырках с зажатыми в зубах ленточками. — Рукопашный бой, тренировка, – ответил генерал-майор на мой невысказанный вопрос. – Знаете, немцы всех тех, кто участвовал в рукопашных схватках с нашими моряками и выжил, награждали особым знаком… Когда же немцы встретятся с бойцами, прошедшими нашу подготовку, то награждать им будет некого, ибо не выживет никто. Не подумайте ничего дурного, но наши красноармейцы и краснофлотцы – это отважные, упорные, героические бойцы. Честь им и слава в веках. Но им и их командирам очень не хватает боевого опыта. Это дело, впрочем, наживное, и у нас есть возможность дать им его… – генерал майор задумался. – Поймите, товарищ Симонов, двадцать шесть миллионов потерь – это астрономическая цифра. И тут я не выдержал: — Товарищ генерал-майор, какие двадцать шесть миллионов? В конце концов, кто вы и откуда? — Товарищ майор, – Бережной повернулся к майору госбезопасности Санаеву, – объясните товарищу журналисту – кто мы и откуда, а также то, какова будет поставленная перед ним боевая задача. У нас так, Константин Михайлович, – повернулся он ко мне, – попал к нам – будешь сражаться в общем строю, и не важно, кто ты: журналист, особист или политработник… Все работают на Победу. Ведь так, Леонид Ильич? Военком бригады мрачно кивнул. Круги под глазами и осунувшееся лицо показывали, что доставалось ему здесь немало. Но, в конце концов, кому сейчас легко? — Товарищ Симонов, – майор ГБ Санаев сел напротив меня и провел ладонью по лицу, снимая усталость, – вы присаживайтесь, так будет лучше, можно сказать безопаснее. То, что вы сейчас услышите, является, может быть, самой большой тайной СССР на ближайшие несколько лет. Потом это уже не будет играть какой-либо роли: или мы сумеем победить наших врагов, или нет – важность этой информации будет уменьшаться с каждым часом. Но сейчас это самая большая тайна… Вы поняли меня? Я кивнул. — Ну, и отлично! Слушайте. И генерал-майор Бережной, тогда еще полковник, и вся его бригада со столь поразившей вас техникой, и корабли под Андреевским флагом, что вы видели в Севастополе – все это пришло к нам из мест настолько далеких, что вам, наверное, трудно будет поверить. Чтобы прийти нам на помощь, все эти люди преодолели не пространство, а время… Товарищ Симонов, еще совсем недавно нас и их разделял семьдесят один год. Тому вперед, разумеется. Я сидел, как громом пораженный, не зная, что сказать… — Молчите? – продолжал майор ГБ. – Ну, и ладно. Теперь самое тяжелое, про Андреевский флаг… – он замолчал, видимо собираясь с мыслями. – В 1991 году той реальности СССР прекратил свое существование. |