Книга Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока, страница 223 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

Сталин внимательно посмотрел сначала на Молотова, потом на Громыко.

— Товарищи, буду краток, ибо времени нет совершенно. Ситуация на фронтах требует, чтобы Турция пропустила отряд наших боевых кораблей через Босфор и Дарданеллы в Средиземное море. Они уже впустили в Черное море итальянскую эскадру и знают, чем это закончилось для итальянцев. Мы хотели бы поручить вести переговоры с турками нашему молодому, но весьма перспективному дипломату товарищу Громыко.

Кстати, о нем заслуживающие доверия люди мне говорили много хорошего. Так что же товарищ Громыко должен передать президенту Иненю? Наверное, то, что мы готовы забыть о его необдуманном поступке в случае пропуска через Проливы наших кораблей. В противном случае мы будем считать Турцию враждебным нам государством со всеми вытекающими из этого последствиями. Товарищ Громыко, вы пойдете к Стамбулу на крейсере «Молотов». Очень символично. Можно сказать, что Вячеслав Михайлович в своем стальном воплощении тоже будет рядом с вами.

Корабли, которые должны выйти в Средиземное море, будут сопровождать вас в качестве почетного эскорта. Всю дополнительную информацию для переговоров, находящуюся в настоящий момент под грифом ОВ, вы получите в запечатанном пакете уже на борту самолета.

Сталин посмотрел на наркома иностранных дел.

— Товарищ Молотов, вы должны были подготовить для товарища Громыко все необходимые документы. Приготовили?

В ответ на вопрос главы государства нарком иностранных дел передал Андрею Андреевичу толстую картонную папку, перевязанную белыми тесемками. На этом прием у Сталина был закончен, и сотрудники НКВД, разлучив Андрея Андреевича с наркомом, повезли его уже на другой машине на другой аэродром.

Он и не знал, что, когда они с Молотовым вышли, Сталин прошептал, откладывая в сторону так и не раскуренную трубку:

— Посмотрим, каков ты в деле, Мистер Нет!

В последнее время люди, встречавшиеся с Иосифом Виссарионовичем, стали замечать, что вождь начал меньше курить. Он вертел трубку в руках, набивал ее табаком, но почти никогда не закуривал, в последний момент кладя ее в пепельницу.

Уже когда самолет поднялся в воздух, командир экипажа подполковник Ольшанский с улыбкой передал Андрею Андреевичу большой пакет из плотной бумаги, запечатанный большими сургучными печатями. Этому экипажу уже не раз и не два доводилось отвозить в Крым самых разных людей. Вот и сейчас попутчиком Андрея Андреевича был Борис Михайлович Шапошников. И у него был свой секретный пакет, содержимым которого оказалась толстая книга, обернутая газетой «Правда» от 14 января 1942 года. То ли книгу обернули для того, чтобы не попортить ценный экземпляр, то ли для того, чтобы никто не мог прочесть название и автора на обложке.

Вздохнув, Громыко разорвал плотную бумагу пакета. Внутри оказалась толстая кожаная папка, набитая документами. Первый же лист в папке привел Андрея Андреевича в шок. Это была его биография, заканчивающаяся смертью в январе 1989 года, и полный послужной список. Громыко с удивлением узнал, что целых двадцать восемь лет, с 1957 по 1985 год, он возглавлял советский МИД и вел его от победы к победе. И тут же приписка на полях, сделанная рукой Сталина: «Проверить в деле».

Продолжая недоумевать, Андрей Андреевич вытащил на белый свет еще один листок, который оказался картой южного участка советско-германского фронта с этапами развертывания некоей операции «Полынь». На самой карте красовалась надпись красным карандашом, опять же сделанная сталинской рукой: «Отдать Иненю, пусть ему по ночам не спится, разбойнику».