Книга Операция «Слепой Туман», страница 1 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

13 августа 2017 года 08–15, Владивосток, 178 судоремонтный завод.

Доктор технических наук Алексей Тимохин, 45 лет.

Вот и приехали! Вчера на 178-й судоремонтный завод загнали «наш эшелон» — двенадцать платформ, груженных контейнерами с модульными блоками и комплектующими к «Туману». Армен Амосович квохтал над ними, как наседка над цыплятами. Впрочем, он квохчет и сейчас. Профессорский голос, с сильным армянским акцентом, слышен примерно за сотню метров. Судя по всему, погрузка оборудования на корабль уже началась. Береговой кран зацепил первый контейнер — и тот повис в воздухе, между бортом и причалом, а наш академик бойко наскакивает на невысокого крепкого военного моряка.

На меня налетела наша мадам Лисовая.

— Вы не представляете, Алексей Иванович, как тут обращаются с нашим оборудованием!

Даже удивительно, как у этой бабы совпадает фамилия и внешность. Или она красится хной? Как-то не возникало даже желания проверить, все ли волосы на ней рыжие. Отодвигаю в сторону этот оживший пожар.

— Армен Амосович, уважаемый, ну не надо так кричать…. Товарищ офицер не глухой, он вас и так прекрасно слышит.

Ну никак я не научусь разбираться в этих морских погонах, две большие звезды при двух просветах — это как? У сухопутных вроде это подполковник… Офицер представился:

— Капитан второго ранга, Ольшанский Петр Сергеевич, командир большого десантного корабля «Николай Вилков».

— Доктор технических наук, Тимохин Алексей Иванович, руководитель темы и начальник всего этого технического бедлама.

Петр Сергеевич окидывает взглядом стильный светло-серый костюм, который был бы уместен и в тридцатые, и в пятидесятые, и в семидесятые годы прошлого века, уместен он и сейчас. Что поделать — я консервативен, тем более что знакомые дамы не раз говорили мне, что такой стиль мне идет и скидывает минимум десять лет с моего возраста. Немного поколебавшись, он пожимает мне руку.

— А это? — Ольшанский взглядом показывает на профессора Баграмяна.

— А это наш генеральный конструктор, секретный до невозможности, человек пожилой, рассеянный и очень уважаемый, но с горячим кавказским характером, между прочим.

— А это что еще за явление Христа народу? — Ольшанский показал на морских пехотинцев, бегущих к нам вдоль пирса колонной по два и возглавляемых мускулистым лейтенантом небольшого роста. — Между прочим, они при полном боевом.

— Так все правильно, — я показал на остановившийся в начале пирса УАЗик. — Вот и их начальство…. Только место разгрузки должны были взять под охрану, ДО ТОГО как сюда подгонят состав с оборудованием…

И в этот момент прямо рядом с нами (ведь умеют же люди!) будто прямо из причала или из воздуха, возник худощавый офицер дальневосточной национальности и неопределенного возраста. У местных аборигенов, наверное, из-за отсутствия бороды и усов, мужчины почти всю свою жизнь выглядят похожими на мальчиков, пока как-то разом не превращаются в седых старичков.

— Капитан федеральной службы безопасности Ким Максим Оскарович, особый отдел Тихоокеанского флота, — с подозрением оглядел присутствующих этот персонаж. — Ваши документы, товарищи.

Достаю паспорт, служебное удостоверение и командировочное предписание. Особист смотрит документы внимательно, чуть ли не обнюхивает. Потом удовлетворенно кивает.