Книга Операция «Гроза плюс», страница 117 – Александр Борисович Михайловский

— А центровка? — почти автоматически спросил Уляхин.

— С центровкой, Женя, дела вообще головокружительные, — ответил Николай Николаевич, — Мне предложили установить на кабину пилота бортовые бронеэкраны. Сейчас их прикрутят поверх обшивки, но в серии они будут монтироваться с внутренней части стрингеров. Ты представляешь, истребитель с бронированной кабиной. Правда защищает она только от пуль винтовочного калибра и только с хвостовых кормовых углов. Но, ты же знаешь, что в бою это самый вероятный ракурс обстрела, не считая лобовой атаки, а там, сам понимаешь, пилота прикрывает мотор. Но, это потом, а сейчас пойдем, я познакомлю тебя с одним интересным человеком, а тут мыс тобой нужны будем только в момент окончательной центровки…

— Погодите, Николай Николаевич, — остановил Поликарпова Уляхин, — как это вообще все получилось? Откуда оно вообще взялось, это будущее?

— Война, Женя, — вздохнул Поликарпов, — Большая Война. Через десять месяцев, 22 июня 1941 года, вероломно нарушив пакт о ненападении, Гитлер нападет на нас. Мы все равно его победим, но немецкая армия дойдет до Ленинграда, Москвы, Сталинграда и Новороссийска. Погибнут десятки миллионов наших людей. Это будет не просто завоевательный поход, как у Наполеона, это будет война на истребление нашего народа.

Когда наши потомки, после атома и космоса, смогли победить само время они тут де пришли к нам, чтобы предупредить и помочь. В их прошлом И-180 так и не был принят на вооружение, а наши ВВС в начале войны были внезапным ударом деморализованы и разгромлены. Все-таки И-16 и «Чайки», как не печально, совсем не те самолеты, которые на равных могут бороться с люфтваффе. Наша с тобой задача, Женя, в кратчайшие сроки создать и облетать машину быструю, маневренную, мощную и хорошо вооруженную, которую можно будет начать выпускать немедленно, и которая станет настоящим истребителем самолетов, которыми гордилось люфтваффе. Она будет ссаживать с неба все эти «Эмили», «Фридрихи» и «Густавы».

Вот, Женя, знакомься, генерал-майор Георгий Нефедыч Захаров. Летчик-истребитель, герой Китая и Испании. Над этой машиной вам работать вместе. Один из вас испытатель, другой боевой летчик, надеюсь, что вы сработаетесь.

— А это что, товарищ генерал? — Уляхин показал на металлический стол, на котором в строгом порядке были разложены металлические изделия. В них было нетрудно узнать авиационные пушки и пулеметы.

— Наши новые друзья, в самых недвусмысленных выражениях, попросили нас вытащить из боевых самолетов пулеметы ШКАС и прочие трещотки винтовочного калибра. В этой войне, как тут говорят, «рулить» будут пушки, от двадцати миллиметров, и до тридцати семи. Пулеметы УБ — только как вспомогательное оружие.

— Но англичане ставят на свои новые истребители «Спитфайр» по восемь пулеметов винтовочного калибра, — возразил Уляхин.

— Это потому, что «тони» делали истребитель для сопровождения своих тяжелых бомбардировщиков к нашим городам, заводам и нефтяным вышкам, — возразил Евгению подошедший сзади еще один человек средних лет в рабочей спецовке, но больше похожий на инженера, — потом планы немножко изменились. Вот начнется «Битва за Англию», и они узнают, как это тяжело валить «Дорнье», «Хейнкели» и «Юнкерсы» из пулеметов винтовочного калибра. Сразу вооружение изменится на шесть пулеметов Браунинга 50-го калибра, то есть 12,7-мм, или две пушки в 20-мм и четыре пулемета калибра 7,7-мм. Как там говорят: «Дурак учится на своих ошибках, а умный — на ошибках дураков».