Книга В краю багрового заката, страница 151 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Вот здесь мы и будем жить, Ляля, – сказал главный прогрессор, присаживаясь на ствол поваленного ветром дерева и меланхолично почесывая Майгу за ушами. – Нравится?

— Да, тут красиво! – сказала девушка и, немного помолчав, тихо добавила, – Сергей Петрович, пришло время выполнять ваше обещание. Если тут будет наш дом, то, как мы и договаривались, настало время вам взять меня в жены.

— Что, прямо здесь и сейчас? – удивился тот, а Майга негромко гавкнула, как бы подчеркивая его слова.

— Э, нет, – покачала головой Ляля, – вы сами говорили, что у нас все должно быть правильно. Официальное объявление, свадьба, поздравления и вывешенное утром доказательство того, что я досталась вам честной девушкой. Все только так, и не иначе.

— А ты поумнела, Ляля, – кивнул мужчина, – и это хорошо.

— ТОГДА, – сказала девушка, особо упирая на это слово, – я была немного не в себе, не зная, смогу ли я привлечь к себе ваше внимание. Потом я действительно поумнела и поняла, что вы, как всегда, были правы. Лучше немного подождать, чем потом всю жизнь уговаривать. Наверное, это к лучшему.

— Конечно, к лучшему, – согласился мужчина, и неуверенно добавил, – что же касается моего обещания, то я, конечно, его выполню. Но почему именно сегодня? Быть может, подождем еще немного?

— Нет-нет, Сергей Петрович, никаких «подождем немного»! Вы обещали. Своим женским умом я чувствую, что с завтрашнего дня у нас начнется такая суета, что всем нам еще долго будет не до свадеб и праздников. Я совсем не дура, и понимаю, сколько всего придется сделать для того, чтобы спокойно встретить зиму и осень. Так что можете меня не уговаривать. Или мы делаем свадьбу сегодня вечером, или я отдамся вам прямо здесь, на этом поваленном бревне. Вот так.

Жених ненадолго замолчал. С одной стороны, он уже дал обещание, а их, как известно, надо выполнять. С другой стороны, ему – сорок семь, Ляле – семнадцать. Разница в возрасте тридцать лет. Если бы он когда-нибудь был женат, Ляля могла бы быть его дочерью. Но при этом не надо скрывать, что он пока еще здоровый нормальный мужчина, и хоть он и гнал от себя эти мысли, но Ляля ему нравилась и как женщина, и как человек. Особенно такая, какой она стала. Сначала он не принял всерьез ее полудетских ухаживаний, но теперь все изменилось. Действительно изменилось.

— Хорошо, девочка моя, – сказал он наконец, вставая и беря Майгу на поводок, – пусть все будет, как ты хочешь. Пойдем и объявим всем о нашем решении.

— Спасибо, Петрович, я всегда знала, что на тебя можно положиться, – сказала счастливая девушка и лукаво добавила, – во всех, так сказать, смыслах. Действительно, пойдем, а то скоро стемнеет.

Шли они не спеша, любуясь на окружающую природу. Прохладный, наполненный волнующими ароматами вечер навевал романтику. Деревья загадочно шелестели, словно рассказывая старинные сказки, а багровые отблески склоняющегося к горизонту светила окрашивали все в странные фантасмагорические оттенки, отчего казалось, что это и не Земля вовсе, а какая-то другая планета…

К лагерному костру они вернулись, когда солнце уже закатилось, и все вокруг было освещено неярким сиреневым светом вечерней зари. Остальные разведывательные партии уже вернулись в лагерь.

Антон Игоревич заверил всех, что место, где причалил «Отважный», ни в коем случае не должно заливаться весенними половодьями, и что на заливном лугу недалеко отсюда ему удалось найти подходящее место для их первого картофельного поля. Земля такая, что хоть на хлеб мажь и корми попа.