Книга Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация, страница 105 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Сегодня, в своем новом качестве, они стояли на поле боя в одних рядах с новыми товарищами и одержали первую победу, и это их воодушевляет. Хоть какое-то развлечение на фоне сплошной стройки, которой приходится заниматься, чтобы попросту не замерзнуть зимой. И хоть викинги по своему национальному характеру совсем не похожи на римских легионеров, и те и другие способны стойко переносить тяготы и лишения службы и яростно биться с врагом в одном строю. А это значит, что в будущем все будет хорошо: на Асгард будут нападать все новые враги, и они их всех победят, а в конце концов обретут невиданную славу героев, сражавшихся в одних рядах с богами против чудовищ из Утгарда (внешнего места, лежащего за пределами мира).

Об этом и о многом другом Гай Юний рассказывал шагавшему рядом главному военному вождю. Рим его времени тоже иногда брал на службу побежденных врагов обычно за храбрость и отвагу, проявленные в сражении. Небезызвестный Спартак, к примеру, когда первый раз попал в плен, был зачислен в легионы, дослужился до декана, и угодил в гладиаторы только после того, как дезертировал, перешел на сторону своих восставших соплеменников, а после подавления мятежа был пленен римлянами повторно. Своего соотечественника за подобный финт ушами потомки Ромула и Рема, скорее всего, казнили бы, но с варвара и взятки были гладки. Поэтому нашлись среди легионеров люди, владеющие германскими наречиями. Именно их новоиспеченный военный трибун назначил опционами (помощники и заместители центурионов) в те центурии, по которым распределили новобранцев из северян. Пусть служат и выслуживаются, ибо должность опциона - это прямой путь к карьере центуриона.

Кстати, услышав, как бывшие викинги называют их поселение, Андрей Викторович усмехнулся и сказал, что раз Аквилония - это страна Северного Ветра, то ее столица непременно должна называться Асгардом (да и по смыслу подходит, ведь в скандинавской мифологии Асы - это боги порядка, противопоставленные Ванам - богам природы). Мол, сразу, как будет полностью закончено дело с сарацинами, он непременно поставит этот вопрос на Совете Вождей. А сейчас надо рассчитать все так, чтобы подойти к вражескому лагерю в сумерках, не раньше и не позже.

4 августа 3-го года Миссии. Воскресенье. Поздний вечер, окрестности нынешнего Бордо. Полевой лагерь сарацинского отряда.

Багровое местное солнце лениво клонилось к горизонту. От войска, ушедшего воевать, местное поселение не было никаких вестей. Престарелый мулла Али, оставшийся в лагере за главного, то и дело напряженно вглядывался в горизонт, ожидая увидеть гонцов, скачущих с вестью о победе, но не видел никого и ничего. Уходя в поход, Сабир ибн Хабиб оставил ему на хозяйство только две сотни воинов, дабы рабы правоверных не взбунтовались и не разбежались куда глаза глядят. Сотня всадников патрулировала лагерь по окружности, и еще сотня мелкими группами разъехалась по окрестностям в поисках хоть кого-нибудь или чего-нибудь в этой пустынной местности.

Один десяток воинов поехал обратно по следам отряда, и именно он привез страшную весть. В нескольких часах езды от того места, где должен был располагаться город аль-Бурдиль, следы обрывались как отрезанные ножом. Обратной дороги не было: все они - и воины и рабы, и правоверные и неверные - соизволением Всемогущего Аллаха были заперты в этом месте навсегда. Остальные разведчики не нашли никого и ничего - ни одного селения или даже отдельного человека. Местность эта оказалась такой пустынной, как будто тут и вовсе никогда не жили люди. И только дорога, вдоль которой ушло войско, говорила о том, что это не совсем так.