Онлайн книга «Рандеву с Варягом»
|
Не ожидавшей такой реакции, генерал замолчал, и пробормотав, - Варвары... - медленно опустил голову. Видимо, до него, наконец, дошло, что его генеральский чин и принадлежность к "нации господ", в данный момент не имеют никакого значения. Через некоторое время он с трудом выдавил из себя, - Господин подполковник, что вы от меня хотите? — Я хочу, чтобы вы поняли - ваше положение незавидное, у вас есть вполне реальная перспектива навсегда отправиться в края, где люди зимой любуются северным сиянием, а сама зима длится там десять месяцев из двенадцати. И ваше правительство ничем вам не сможет помочь. Более того - не захочет. Нам прекрасно известно, что если мы попробуем предъявить претензии вашему начальству, то вдруг окажется, что вы поехали в Японию самовольно, и более того, уволены со службы с целой кучей взысканий. Ваше начальство оно такое - скользкое, не то, что мы - варвары, всегда вытаскиваем своих. Выбирайте, генерал, или вы будете вести себя благоразумно, и будете с нами сотрудничать, или... Даже ссылку в Заполярье еще нужно заслужить. Поверьте, мы не шутим... Но Гамильтон неожиданно уперся рогом. - Господин подполковник, за кого вы меня принимаете? Вы грозите мне, старому солдату, не раз смотревшему в глаза смерти? Я не буду вам отвечать! Вы можете меня замучить, но я останусь верен Британии и Королю! Я ожидал чего-то подобного. Потому, сделав звонок по телефону, я стал ожидать наших спецов по "раскалыванию". Через несколько минув в кают-компанию вошел медик в белом халате с кофром в руках, и сопровождавшие его двое "мышек" полковника Бережного. Они подхватили под руки удивленного генерала, с ловкостью камердинера сняли с него китель и, закатав рукав рубашки, наложили жгут. Человек в белом халате быстро и умело сделал генералу Гамильтону внутривенную инъекцию. Пока спецы придерживали на стуле трепыхавшегося британца, врач внимательно следил за его зрачками. Увидев нужные изменения, он повернулся ко мне и кивнул. Направив на британца видеокамеру на штативе, и приказав "мышкам" отпустить генерала, я начал свое "интервью": — Ваше имя, должность и звание? — Генерал-лейтенант Йен Гамильтон... - голос допрашиваемого был расслабленно-заторможенным. Там-же. Три часа спустя. Генерал Гамильтон с ненавистью смотрел на экран ноутбука. Только что кончилась запись его допроса. Много интересного рассказал старый британский разведчик. Инъекция "сыворотки правды" сделала его болтливым, как сорока. — Будьте вы прокляты! - скрипя зубами прорычал он, - Наверное, сам дьявол придумал это мерзкое лекарство, которое вы мне вкололи? И что это за устройство, которое так хорошо сохранило изображение моего допроса и все, что было при этом сказано? — Генерал, у нас нет времени вести с вами беседу о достижениях науки, техники и военной медицины. Теперь вы понимаете, что вам уже нет пути назад. Мы перезапишем все, что вы рассказали на допросе на восковые валики, и если надо будет, перешлем их вашему начальству и в газеты. Кем вы тогда будете для ваших коллег? Изменником и предателем! Вы рассказали нам вполне достаточно для того, чтобы оказаться, в лучшем случае, в каторжной тюрьме... Если вы не согласитесь сотрудничать с нами и дальше, мы пригласим на очередной допрос с применением уже знакомого вам лекарства несколько иностранных журналистов. Лучше всего, немецких. Тут до Циндао рукой подать. Не надо вам объяснять, что сейчас каждый второй журналист в зоне боевых действий - кадровый разведчик. Они незамедлительно распечатают материал о вашей поимке и вашем допросе во всех газетах мира. Вас в Британии станут ненавидеть и презирать. И ваше чучело будут сжигать вместе с чучелом Гая Фокса. - Вы хотите этого? |