Книга Рандеву с Варягом, страница 153 – Александр Борисович Михайловский

Посол кайзера Вильгельма II был вежлив и доброжелателен. Он поздоровался со мной на хорошем русском языке, и первым делом от имени своего монарха поздравил нашу армию и наш флот с блестящими победами над врагом на Тихом океане. Сказать честно, мне было очень приятно услышать это от официального представителя иностранного государства.

Ну, а далее, господин посол перешел к тому, из-за чего собственно он и появился в моем кабинете. Нет, герр Альвенслебен не собирался вручать мне никаких нот, или каких-либо иных официальных документов. Но, вот то, что он заявил мне устно, было ценнее многих деклараций и посланий. Если говорить прямо, то кайзер устами своего официального представителя предлагал нам дружбу и союз. - Весьма заманчивое предложение! Тем более что оно совпадало пожеланиями, высказанными Государем.

— Господин министр, - взволнованно говорил мне посол Германской империи и, как ни странно, сказанное им во многом было созвучно моим собственным мыслям, - Жизненные интересы наших двух империй нигде не сталкиваются и дают полное основание для их мирного сожительства. Ваш союз с республиканской Францией - нонсенс. Тем более, что ваша союзница в свете недавних событий на Дальнем Востоке показала, чего стоят ее клятвы в вечной дружбе и помощи...

Я кивком головы дал понять умудренному жизнью дипломату, что полностью с ним согласен в оценке Франции, как союзницы. А германский посол тем временем продолжил.

— К тому же не следует забывать, что Россия и Германия являются представительницами консервативного начала в цивилизованном мире. Этим они противостоят либерально-демократическим традициям, воплощаемым Англией и, в меньшей степени, Францией. Как это ни странно, Англия, до мозга костей монархическая и консервативная у себя дома, всегда во внешних своих сношениях выступает в качестве покровительницы самых демагогических стремлений, неизменно потворствуя всем движениям, направленным к ослаблению монархического начала.

С этой точки зрения борьба между Германией и Россией, к которой их подстрекают многие могущественные силы, независимо от ее исхода, глубоко нежелательна для обеих сторон, как, несомненно, сводящаяся к ослаблению мирового консервативного начала, единственным надежным оплотом которого являются наши державы.

— Господин посол, - ответил я, - моя страна в данный момент находится в состоянии войны с Японией. И хотя боевые действия складываются для нас благоприятно, мы с признательностью примем любую помощь, кто бы нам ее не предложил. С другой стороны, обещания о помощи и поддержки, которые так и остались обещаниями, заставят нас пересмотреть ранее подписанные договоренности. России нужны союзники не на бумаге, а те, кто будет честно и искренне помогать нам в трудную минуту.

— Господин министр, - звенящим от волнения голосом произнес Альвенслебен, - прошу вас прочитать вот этот документ, - сказав это, он достал из своей папки бумагу, и протянул ее мне.

Я прочитал переданный мне текст. Это была копия телеграммы кайзера, направленной губернатору германского колониального владения Циндао капитану цур зее Оскару фон Труппелю. В нем император Вильгельм II требовал, чтобы кораблям российской Тихоокеанской эскадры, при посещении ими порта Циндао, была оказана вся возможная помощь, а в случае необходимости, проведен ремонт машин и механизмов, для чего губернатор должен предоставить им все мощности германских мастерских и доков. Если же у командиров кораблей Тихоокеанской эскадры не будет в наличии нужной суммы денег, чтобы оплатить оказанные им услуги, то снабжение и ремонт русских кораблей следует произвести в кредит.