Онлайн книга «Война за проливы. Призыв к походу»
|
— Палестина, – убежденно произнес император Михаил, – должна быть для палестинцев. Преимущественно православного, или просто христианского вероисповедания. Таких и сейчас там немало, я проверял, а мы сделаем так, что их станет еще больше. Ты мне лучше другое скажи. Как ты собираешься вызвать ту самую панику и правительственный кризис в Британии, чтобы адмирал Фишер сумел сесть в кресло премьера? Ты учти, что поколебать государственные устои в Британии значительно сложнее, чем в России… — Один раз мы эти устои колебнули, – ответил адмирал Ларионов, – колебнем и еще раз. Помнишь, какая паника была, когда моя эскадра просто проходила через Ла-Манш? Если собрать в одни кулак наши и германские флоты, все три рейдера, да еще имитировать погрузку на транспортные пароходы германских гренадер… Пересрутся как миленькие, ведь нервы ни у кого не железные. Но и нам придется нам еще раз тряхнуть стариной и снова выйти в море. А если не получится по-хорошему, сделаем по-плохому. Перетопим весь британский флот и высадим в Лондоне германский десант. Но это уже так, запасной вариант. Что касается возможностей моей эскадры, то на один поход технического ресурса у механизмов хватит точно, а потом все – укатали сивку крутые горки. По крайней мере «Москва», «Североморск», «Кузнецов», «Сметливый» как корабли со стажем выбывают из строя с гарантией. «Ушаков», пожалуй, тоже. Еще на какое-то время в строю останутся новые или прошедшие капремонт: «Ярослав Мудрый», «Алроса» и «Северодвинск», но если мы сумеем разобраться с Британией, все это уже не будет иметь такого большого значения. — Действительно, – сказал император, вставая, – если грамотно разобраться с Британией, ресурс много чего уже не будет иметь большого значения. А сейчас давай спустимся в гостиную, ведь наши дамы, наверное, нас давно заждались, да и стол к ужину уже накрыт. Заодно обрадуем твою благоверную тем, что ей не придется больше разрываться на две половины. Наверное, это тяжко знать – что твоя старая и новая родина готовы вцепиться друг другу в глотку. 14 апреля 1908 года. Полдень. Британия, графство Суссекс, Загородный дом. Редьярд Киплинг масон, писатель и журналист, певец Британской империи. Все началось с тревоги. Это было первое чувство, которое я испытал еще тогда, в тысяча девятьсот четвертом году, когда узнал, что в мире стали происходить удивительные вещи, связанные с Россией. Явно происходило что-то неправильное и угрожающее… Тревога! Вроде такое знакомое ощущение… Как много раз, в период моего детства, когда я жил еще в Индии и часто бывал среди природы, мне приходилось замирать и прислушиваться, напрягая зрение – а не прячется ли поблизости готовая атаковать кобра? Тревогу вызывали порой довольно смутные признаки: шорох ли, тень, скользнувшая в гуще травы, либо же птица, спешно взмывшая с куста. Но в том-то и дело, что та тревога была привычной, словно составляла часть моего существа; она пробуждала инстинкты и обостряла чувства; каждый раз я знал, что делать и как себя вести. Это невозможно было назвать страхом. Ведь страх парализует и повергает в панику, когда разум мечется, будучи неспособным принять верное решение. Страх опасен сам по себе – это я понял еще в раннем детстве. И с тех пор я научился в любой ситуации думать и действовать хладнокровно. И вот теперь я снова испытывал тревогу – но уже совсем иного рода. И мне вновь требовалось научиться справляться с этим состоянием души, чтобы оно мобилизовало меня на новые свершения, а не отнимало последние силы… |