Книга Война за проливы. Призыв к походу, страница 126 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— У вас там везде так? – спросил я, продолжая озираться в этом убогом жилище. Да уж, с моими апартаментами, полными дорогой мебели, никакого сравнения…

— Где как, – Николай меланхолически пожал плечами, – подсвечники, например, только в музее можно увидеть, даже в самой нищей халупе висит электрическая лампочка; а в остальном за сто лет в быту мало что поменялось. Ну, может быть, еще матрацы вместо сухой травы набивают разной синтетической дрянью – и только. Правда, при этом добавились разные штуки, некоторые из которых ты себе даже представить не можешь, но от их отсутствия я как как-то особо не страдаю… Тем более все это роскошное барахло стояло бы скорее в таких президентских апартаментах, как у тебя, а не в этом приюте бедного командированного.

Я понял, что Николай не хочет говорить на тему разных технических чудес будущего, и решил сменить тему, тем более что он сам подал к тому повод.

— Скажи, Николай, – спросил я, – а почему ты назвал роскошные апартаменты «президентскими», а не «королевскими» или, к примеру, «императорскими»?

— А потому что, – ответил он, – императоров в том мире вовсе не осталось*. Да и короли, где они есть, носят исключительно декоративный характер. Зато президентов развелось как тараканов. Вон у вас в Сербии двадцать первого века тоже президент – глаза бы мои на него не глядели; и у нас в России тоже президент, немного получше. Но самый главный президент там американский – он даже думает, что является президентом всего мира, хотя мы, русские с ним в этом очень не согласны. И вообще, несмотря на большие положительные изменения в бытовых условиях, медицине, и вообще в благосостоянии, жизнь в будущем опасна и неустойчива. В любой момент все может кончиться либо концом истории, когда человечество просто сгниет в своей блевотине, либо всеобщим апокалипсисом войны, которая несколько раз сможет убить на планете все живое. Нас потому сюда и прислали, чтобы мы, начав действовать с ключевого момента истории, попытались все изменить к лучшему, пусть даже и не в своем мире…

Примечание авторов: * про японского микадо, тихого и незаметного как мышь, Николай Бесоев попросту забыл.

— Кем присланы? – быстро спросил я, не удержав своего любопытства, – вашим президентом?

— Ну, – хмыкнул Николай, – нашей науке до межвременных перемещений – как отсюда до Пекина пешком. В теорию вдаваться не буду, да и неинтересно это, тем более что непроверяемо. По официальной версии, мы прибыли к вам сюда волей высших сил – то есть непосредственно самого Творца, решившего нашими руками исправить недостатки естественного процесса, а по неофициальной версии, все это проделки высокоразвитой цивилизации далекого будущего, которая взяла на себя божественные обязанности. С практической точки зрения, как ты понимаешь, разницы никакой. Высаживая нас в этот десант, нам дали единственное ценное указание: «поступать по совести», после чего началась вся наша история. Понимаешь?

— Понимаю, Николай… – ответил я. – А что дальше?

— А дальше, – ответил мой собеседник, – вот уже четыре года мы сурово прогибаем этот мир под себя. Мы хотим сделать его лучше, избежать ошибок, совершенных в нашем прошлом, и устроить все так, чтобы люди поменьше убивали друг друга. Разумеется, это не значит, что нужно ВСЕ делать наоборот, но иногда НАОБОРОТ поступать необходимо. Вот как в твоем случае. Балканы – это вообще регион, носящий сомнительную славу пороховой бочки Европы, и поэтому, как только позволили обстоятельства, мы решили перевязать тут все узлы на новый лад. Местную политику тут вершат три страны: Сербия, Болгария и Греция. На Сербию и Болгарию у нас имеется прямое влияние, на Грецию косвенное, так что есть все возможности устроить так, чтобы в местных горах перестала литься кровь и умирать невинные люди. Сербия при этом – один из ключевых игроков. Именно тебе, а не твоему младшему брату, предстоит создать будущую Великую Сербию. Он в нашем прошлом пытался, но получившийся уродец, склеенный из черепков подобно австро-венгерской империи, оказался совершенно нежизнеспособен. Словенцы, хорваты, мусульмане-босняки, западные болгары, которых обозвали македонцами, и албанцы не захотели жить с сербами в одном государстве, и это нехотение в критический момент разорвало страну в клочья.