Книга Не та цель, страница 38 – Джон Демидов

Эта новость весьма обрадовала меня, поэтому обратно в библиотеку я поднимался в гораздо более приподнятом настроении, чем несколько минут назад.

Всё настроение омрачал только тот факт, что если сейчас моё странное поведение не вызывает особых вопросов со стороны Августы, то в дальнейшем, если я не начну заниматься «теплицами», то это может вызвать много не нужных вопросов, а поэтому придётся мне похоже помимо прочего осваивать новую профессию садовника…

Эту ночь, как и предыдущую, я провёл в кресле библиотеки, где вполне себе прекрасно выспался, а на утро меня ждал новый сюрприз… Спустившись в зал, я застал там что-то весело напевающую бабушку, которая посматривала на меня с лёгкой лукавой усмешкой во взгляде, чего раньше я за ней не замечал от слова совсем.

Настороженно посмотрев на это необычное явление я не выдержал, и спросил:

— Ба, судя по твоему настроению — случилось явно что-то хорошее?

Августа широко улыбнулась, и тут же ответила:

— Можно и так сказать, внук… Можно и так… — после чего подняла газету, лежавшую на краю стола, и отправила в мою сторону левитационными чарами конверт, который я машинально поймал.

Перевернув этот неожиданный снаряд, я ошеломлённо замер… Дело в том, что если верить надписи на конверте — мне писала Луна…

«Судя по всему — Августа, как и большинство бабушек моего мира спит и видит — как бы понянчить правнуков, поэтому и имеет место такая реакция, когда её любимому внучку пишет девочка, тем более, если мне не изменяет память — девочка чистокровная.» — озарило меня, после чего я перевёл взгляд на довольную Августу и тихим голосом спросил:

— Откуда у тебя это, ба?

Августа на этот мой вопрос только отмахнулась, и как само собой разумеющееся сказала:

— Ксено отправил мне очередной номер «Придиры», а внутри этого номера оказалось вот такое вот не задокументированное дополнение.

Я понятливо кивнул, во всю борясь с тёплыми эмоциями, которые независимо от моего сознания вдруг появились в этом теле по отношению к Луне. Чтобы прекратить это, мне пришлось даже вызывать в памяти образ Юльки, который в очередной раз затмил собой образ маленькой девчонки с серебристыми волосами.

Противоречия внутри меня помимо очевидных неудобств, сыграли мне на руку, потому что бабушка трактовала мою заминку с письмом по своему, и мягко улыбнувшись сказала:

— Да ладно уж, чего уже теперь… Вижу же, что не терпится прочитать что девчонка то пишет! Так уж и быть, не буду на тебя сегодня ругаться за опоздание к завтраку.

Сначала я не понял скрытого смысла в словах Августы, однако слава всем богам — тупил не долго. Подпрыгнув на месте, я пробормотал что-то вроде:

— Спасибо, бабушка! — после чего пулей унёсся в свою комнату, пытаясь по пути успокоить скачущие встревоженным стадом гиппогрифов мысли о произошедшем.

Честно говоря, исходя из канона, я сделал вывод о том, что из-за своей скромности и боязливости Невилл так ни с кем толком и не смог подружиться, что меня вполне себе устраивало, так как жить социальной жизнью ребёнка… Ну такое себе. Однако вот же ж! В моих руках находится прямое доказательство моих ошибочных суждений, и что с этим делать — я не имею ни малейшего понятия.

Забежав в комнату, я захлопнул за собой дверь, после чего сел на несколько позабытую мной кровать, и вскрыв конверт, извлёк на божий свет небольшой клочок пергамента, чей размер был вряд ли больше привычного нам формата А5.