Книга Пробуждение тьмы, страница 87 – Джон Демидов

По мощёным улицам важно прохаживались патрули стражников в сияющих начищенных доспехах, с пустыми высокомерными взглядами, а в переулках копошились обычные горожане-НПС — измождённые, испуганные, с потухшими глазами. Контраст был слишком разительным и отвратительным.

В одном месте я даже увидел сцену, которая вогнала последний гвоздь в крышку моего эмоционального состояния. У лотка со свежими овощами стояла древняя старушонка-НПС и что-то жалобно пыталась сказать молодому игроку в дорогой, щегольской одежде. Этого игрока звали «Лексиус», и был он аж цельного 31 уровня. Он что-то купил с лотка, а потом, с гнусным смешком, выхватил у старушки кошель и швырнул его в лужу.

— Да кому нужны твои гроши, старая карга⁈ Подавись своими копейками! — фыркнул он, поворачиваясь чтобы уйти.

Старуха беспомощно запричитала, пытаясь выловить своё сокровище из грязной воды, и увидев это зрелище ярость во мне вскипела мгновенно и бесконтрольно, после чего я действовал исключительно так, как она мне подсказывала. Лёгкое, почти невесомое движение рукой — и я запустил в его сторону Шёпот паники.

Эффект был мгновенным. Лексиус вздрогнул, как от удара током, а его самоуверенная ухмылка сменилась гримасой животного, иррационального страха. Он дико заозирался, ища невидимую угрозу, а его руки задрожали, как у алкоголика со стажем. Старуха, воспользовавшись моментом, схватила свой кошелек и юркнула в ближайший проулок с глаз подальше, а я продолжил действовать.

Этот игрок был для меня идеальным «языком». Подлый, слабый духом, и его точно никто не будет искать. Пока он стоял, парализованный страхом, я использовал «Шаг тени», и мгновенно очутился рядом с жертвой. Положив руку ему на плечо, я активировал ещё один шаг — и мы оба перенеслись в грязную, вонючую подворотню, заваленную пустыми бочками и обломками.

Я швырнул этого урода на землю, чтобы оглушить и приступить к допросу, но во время этого действа не учел свою возросшую силу. Лексиус полетел, как тряпичная кукла, и с глухим, влажным звуком ударился спиной о торчащий из груды мусора острый железный лом — часть сломанной оси от телеги.

Он ахнул, его глаза округлились от шока и непонимания, из его рта хлынула алая струйка, а на груди быстро расползалось тёмное, мокрое пятно. Не нужно быть доктором, чтобы понимать — с таким обычно не живут.

— Чёрт! — выругался я, опускаясь на корточки рядом с ним, и в отчаянной надежде прорычал:

— Слушай, ты! Где тут держат заключённых? Где у вас тюрьма⁈

Но меня уже никто не слышал. Взгляд игрока постепенно затуманивался, а дыхание становилось прерывистым и хриплым. Глядя на происходящее, я сжал кулаки от нахлынувшего бессилия. Сейчас этот говнюк умрёт, возродится в местном храме и поднимет на уши всю стражу. Тревога будет неминуемой, а мне это было совсем не нужно…

И именно в этот момент меня осенило. В голову пришло несколько жестокое, циничное, но единственно верное решение — Жнец душ. Душа этого урода была весьма серьёзно подгнившей и идеально подходила для использования навыка. Я не хотел этого, но в этой обстановке у меня не оставалось другого выхода. Мне нужно было относиться к этому не как к убийству, а как к прагматичной утилизации отходов и сокрытию следов.

После принятого решения я отошел немного в сторону, после чего ни капли больше не сомневаясь активировал свой самый страшный навык. Лексиуса в то же мгновение охватили чёрные языки пламени, и спустя несколько мгновений только чёрный пепел разлетался по заросшему грязью переулку.