Книга Система становления, страница 22 – Джон Демидов

— Жди меня здесь, Серёг… Пойду предупрежу Громова, что мы пришли…

Кабинет начальника института был таким, каким я его и помнил с редких кадров документальной хроники института, которую нам бывало крутили по выходным, вместо художественных фильмов: строгим, просторным и дышащим той самой неуловимой властью, что заставляет курсантов вытягиваться в струнку даже во сне.

За массивным столом, покрытым зелёным сукном, сидел генерал-лейтенант Громов, он же «Бивень». Его знаменитая челюсть была сжата, а пронзительные глаза, казалось, видели меня насквозь. Рядом с ним стоял мой капитан Дорошин, и не сводил с меня пристального взгляда.

— Курсант Степанов по вашему приказанию прибыл! — отчеканил я, останавливаясь перед столом.

Громов поизучал меня несколько секунд, затем отложил в сторону папку, которая, как я подозревал, была моим «делом», после чего в кабинете раздался его низкий, грудной голос:

— Вольно, курсант. Капитан, вы можете идти, я вас больше не задерживаю.

Дорошин щёлкнул каблуками и вышел, оставив нас наедине, сразу после чего Громов указал мне на стул и произнёс:

— Присаживайся, курсант Степанов… Поговорим.

Я сел на край предложенного стула, сохраняя спину прямой, и невольно засмотрелся на то, как летнее солнце, пробиваясь сквозь пыльные жалюзи, освещало своими лучами портреты полководцев на стенах. После камеры эта обыденность казалась какой-то сюрреалистичной.

— Орлов перестарался, — без предисловий начал Громов. — Его методы… устарели для новых реалий. Ты не виноват, что система выбрала тебя таким образом, хотя, — он прищурился, — должен признаться, что твоя история имеет слишком много допущений.

Я не спешил оправдываться, понимая, что это риторическое замечание.

— Но дело не в этом, — генерал сложил руки на столе. — Дело в том, что институт должен адаптироваться. Мы создаём специальную группу. Группу для прохождения этих самых «данжей», о которых теперь все трубят. Цель — получение ресурсов, изучение Системы и усиление боеспособности наших курсантов. Я предлагаю тебе вступить в ряды этой группы, и делом доказать, что ты действительно радеешь за общее благо.

Вот оно. Первое реальное предложение в новом мире, но радоваться я не спешил, и только едва заметно кивнул, давая понять, что внимательно его слушаю.

— Состав группы — четыре человека. По числу основных цветов колец. Ты будешь нашим «зелёным» на роли поддержки и усиления, если таковые способности у тебя когда-нибудь появятся, — Громов говорил чётко, по-военному:

— И чтобы у тебя был стимул — я принял решение… Не смотря на твой… вспомогательный класс, я обещаю тебе, что на каждый десятый заход — реагент с босса будет предназначен тебе.

С этими словами в моей голове молниеносно сработала курсантская смекалка: Четыре человека, десять заходов… Математика была простой и очень несправедливой.

— Товарищ генерал, разрешите вопрос? — осторожно вставил я.

— Разрешаю.

— Четыре человека в группе… почему реагент мне будет полагаться только на каждом десятом данже? По идее, если распределять всю добычу поровну, это должен быть каждый четвёртый данж, но никак не каждый десятый.

Генерал Громов хмыкнул, а в его глазах мелькнуло нечто, похожее на уважение к моей наглости.

— Потому что, курсант, в приоритете у института — развитие боевых колец. Красные, синие, жёлтые… Им эти реагенты нужнее для получения активных навыков, а твоё зелёное кольцо… — он слегка развёл руками, — его можно развивать и потом.