Книга Царство Сиалы, страница 92 – Джон Демидов

Я хотел поговорить с капитаном, чтобы пробежаться по лесу якобы в поисках трофеев, но Чернявский не пожелал слышать никаких доводов и решительно сказал:

— Нечего тут задерживаться! Выходим из данжа и едем на третью точку! Быстро!

Когда мы вышли из данжа — нас ждал сюрприз в виде армейской «Буханки», стоявшей рядом с нашим «Уралом». Как только мы вышли из данжа — из нее тут же выскочили два солдата быстро и молча выгрузили четыре ящика, после чего сели обратно и уехали, даже не поздоровавшись. Когда мы открыли ящики, то увидели, что там лежали свеженькие РГД-5.

Подполковник Чернявский, выйдя из данжа последним, с насмешливым видом подошел к Илюхе, который смотрел на ящики с глухим негодованием, после чего с ядовитой усмешкой в голосе произнёс:

— Ну что, товарищ курсант? У вас, я надеюсь, больше нет причин отказываться от прохождения третьего данжа? Припасы пополнены.

Илюха молчал, сжимая кулаки, но его взгляд говорил сам за себя.

— На нет и суда нет, — ехидно заключил Чернявский, после чего скинул вооружение и направился в сторону кабины «Урала» со словами:

— Группа, грузимся! Едем на следующую точку! Не задерживаемся.

Мы молча погрузили новые ящики с гранатами в кузов, пытаясь переварить демонстрацию силы, показанную подполковником. Этим простым действием он показал, что реально имеет неограниченные ресурсы и доступ к логистике, о которой мы могли только мечтать.

Он мог завалить нас гранатами, патронами, снаряжением… но не мог, или не хотел, купить нашу лояльность, потому что не считал это нужным. Мы были для него расходным материалом, живым щитом и источником опыта, который ничего с этим не мог поделать.

Интерлюдия. Подземный бункер в центральной части России.

Дни сливались в однообразную, утомительную вереницу. Свет в апартаментах Лены, больше похожих на шикарную тюрьму высокого класса, плавно менялся от утреннего золота до холодного сияния белых светильников, имитирующих дневной свет, а затем гас, сменяясь мягкой подсветкой потолка.

Лена сидела в своем кресле у панорамной панели, которая в настоящий момент показывала ночную Москву, и задумчиво смотрела на огни города, стройные нити фар на Садовом кольце… Казалось, что всё это было очень близко… Но недостижимо.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как её «работа» сводилась к единственному, повторяющемуся ритуалу. К ней приводили новых людей — военных, ученых, иногда чиновников с безупречными, как им казалось, досье, потом они вставали перед ней, стараясь скрыть страх и благоговение, и повторяли заученные слова клятвы…

В этот момент она активировала свой уникальный навык, ощущая, как нити маны сплетаются вокруг воли присягающего, после чего контракт был заключён, и в обмен на лояльность они получали зеленый свет на поглощение эссенции, доступ к артефактам и поддержку государства.

Изначально Лена горела этой идеей и искренне верила, что так Россия сможет создать неподкупную и могучую элиту, способную противостоять любым угрозам нового мира, а она, Лена, станет краеугольным камнем этого нового могущества, но очень скоро энтузиазм сменился разочарованием, а затем и горькой обидой…

Её использовали как инструмент. Как уникальный артефакт, который нужно хранить в безопасном месте и доставать по мере надобности. Все её попытки достучаться до руководства, до курирующего её комитета, разбивались о стену вежливого, но непреодолимого страха и непонимания.