Книга Рыцари Кристаллии, страница 8 – Брендон Сандерсон

«Да ведь он пытается заставить меня опоздать к падению в воду», – сообразил я. Несколько раз мне удавалось принудить свой талант сработать на расстоянии, но это давалось мне с трудом, а результат был весьма плохо предсказуем.

— Дедушка!.. – заорал я что было сил.

Ровно в этот момент он врезался в меня головой – и мы вместе рухнули в океан.

Вода оказалась холодной, а мой невольный вскрик изумления быстро перешел в бульканье. Я вынырнул, отплевываясь. По счастью, «бодрящая» вода была относительно спокойной, волны не хлестали в лицо. Я поправил линзы, чудом удержавшиеся на носу, и стал озираться, ища взглядом дедушку. Он показался на поверхности несколькими секундами позже. Обвисшие усы, лысина в обрамлении мокрых волос…

— Бесполезные Вестерфельды! – крикнул он. – Во мы попали, а, парень?

Я дрожал и ничего не мог ответить.

— В общем, готовься, – предупредил дедушка Смедри. Вид у него был непривычный, измотанный.

— К чему? – удивился я.

— Попытаюсь устроить нам частичное опоздание к этому падению, но совсем отменить его не смогу, – последовал ответ. – И кажется, я долго не удержу удар о…

— Ты имеешь в виду… – начал было я, и тут-то меня накрыло.

Ощущение было такое, словно я по второму разу бухнулся в океан, да так, что воздух вышибло из легких. Дезориентированный, я провалился в стылую глубину, однако тут же заставил себя продираться наверх, к свету и воздуху. Вырвавшись на поверхность, я жадно глотнул воздуха, перевел дух… и падение догнало меня по новой.

Можно сказать, дедушка разбил наш смертельный полет на несколько маленьких этапов, но каждый из них все равно оставался опасным для жизни. Заново погружаясь, я еле успел рассмотреть деда – он пытался удержаться на плаву, но получалось у него ничуть не лучше, чем у меня. Я остро почувствовал свою бесполезность: ну почему я с помощью своего таланта ничего подобного сотворить не мог? Мне всю жизнь говорили, как велика была моя способность ломать вещи, и действительно, порой я добивался выдающихся результатов. Однако по части управления талантом мне было далеко до деда и двоюродных братьев. В свое оправдание могу сказать, что я узнал о своем месте в семье Смедри всего месяца четыре назад. Хотя, когда тонешь, это оправдание не спасет и уж точно не способствует повышению самооценки…

Во время очередного наката случилось неизбежное: я потерял сознание. Когда же очнулся, то обнаружил, что еще жив, и часть меня осталась этим обстоятельством недовольна. Чувствовал я себя так, словно побывал внутри боксерской груши на тренировке, а потом еще и в блендере. Я застонал, открывая глаза…

Рядом со мной на коленях стояла стройная девушка. У нее были длинные серебристые волосы и мундир вроде военного. Она сердито смотрела исподлобья… в принципе, как и всегда.

— Ты это сделал нарочно! – прокурорским тоном заявила Бастилия.

Я приподнялся, сел, потянулся рукой к голове.

— Точно, Бастилия. Без конца пытаюсь угробиться, только чтобы тебе насолить…

Судя по мрачному немигающему взгляду, она таки действительно полагала, что мы, члены семьи Смедри, влипали в разные неприятности с единственной целью – испортить ей жизнь.

Мои рубашка и джинсы еще не высохли, я лежал в луже соленой морской воды – значит с момента падения прошло не так много времени. Надо мной простиралось ясное синее небо. По правую руку, привалившись к стене, стоял на уцелевшей ноге «Ветроястреб». Я моргнул и понял, что лежу на верхней площадке какой-то замковой башни.