Книга Талант под прикрытием, страница 50 – Брендон Сандерсон

Помещение было битком набито динозаврами. Вполне настоящими, движущимися и живыми. Один из них помахал мне лапой.

— И это все?.. – сказал я, помолчав. – А я-то рассчитывал найти здесь что-нибудь странное…

Тут я хотел бы прояснить два очень важных момента.

Когда я произнес слова: «И это все?.. А я-то рассчитывал найти здесь что-нибудь странное…», я ни в коей мере не пытался сумничать или съязвить.

Наоборот, я был смертельно серьезен! (Почти так же, как в тот миг, когда я стану молить о пощаде, привязанный к алтарю из устаревших энциклопедий!)

Видите ли, после всего, чего я навидался в тот день, у меня выработалось что-то вроде иммунитета к удивительному и странному. После шока, который я испытал, выяснив, что в мире, оказывается, наличествовало еще три континента, как следует потрясти меня сделалось сложновато. На фоне подобного откровения какая-то комната, полная живых динозавров, была так, мелочи жизни.

— Привет, парень! – воскликнул между тем небольшой зеленый птеродактиль. – Что-то ты на Библиотекаря не очень похож.

Если бы кругом меня заговорили камни, я бы еще мог удивиться. Кусок говорящего сыра тоже, пожалуй, произвел бы на меня некоторое впечатление. Но говорящие динозавры? Подумаешь…

А второй момент, который я хотел бы подчеркнуть, состоит вот в чем. Насчет говорящих динозавров я ведь вас предупреждал! (Смотри начало пятой главы.) Так что, как говорится, не надо песен!

Я шагнул внутрь. Это опять-таки было нечто вроде склада, заставленного видавшими виды клетками. Во многих из них они и сидели. В смысле, динозавры. То есть существа, показавшиеся мне похожими на динозавров. Поэтому я так их и назвал.

Конечно, у них было весьма мало общего с теми динозаврами, которых мы проходили в школе. Начать с того, что эти были совсем невелики. Самый большой, оранжевый тираннозавр рекс достигал футов пяти или шести. Самый маленький выглядел фута на три.

И никто не говорил нам в школе, что динозавры носят жилетки и брюки и разговаривают с британским акцентом.

— Ничего себе! Может, он глухонемой? – подал голос трицератопс. – Эй, ребята, никто, случаем, не знает языка жестов?

— Ты какой конкретно язык жестов имеешь в виду? – спросил птеродактиль. – Американский примитивный или новоэлшамианский, а может, стандартный библиотечный?

— Мои руки не артикулированы для языка жестов, – сказал тираннозавр рекс. – Глухонемые представители нашего подвида вечно от этого страдают.

— Нет, он точно не глухонемой! – сказал кто-то еще. – По-моему, он что-то пробормотал, когда вваливался через порог!

Бастилия заглянула из коридора.

— Динозавры, – сказала она. – Здесь нам нечего делать. Идем дальше.

— Ничего себе! – сказал трицератопс. – Чарльз, ты это слышал?

— Слышал, к сожалению, – отозвался птеродактиль. – Грубость какая, если мне будет позволено так выразиться.

— Погодите, – сказал я. – Динозавры, они что, из Британии?

— Да нет, конечно, – вздохнула Бастилия, присоединяясь ко мне. – Они мелирандийцы.

— Но они по-английски чешут с британским прононсом…

Бастилия закатила глаза.

— Нет, – сказала она. – Они разговаривают по-мелирански. Как ты или я. А то откуда, по-твоему, взялся британский или американский язык?

— Ну… Я думал – из Великобритании…

Синг захихикал, входя и прикрывая за собой дверь.