Книга Начало конца, страница 29 – Ярослав Заболотников

Накренившееся зеркало полоснуло глаза осенним солнцем, и Эрминия мысленно чертыхнулась. Проклятые терзания. Отвлекают от важного дела: следить за тем, чтобы из города за ними не увязался «хвост». Палачи «Апофеоза» могут знать Рэксволда или располагать информацией о нём и тогда в его вооружённой двумя клинками таинственной спутнице заподозрят персону для ликвидации. Однако, даже если так, наёмный убийца не станет нападать в людном месте и предпочтёт убедиться, что под капюшоном точно скрывается голова, отмеченная в «Книге смерти», куда попадает всякий, нарушивший кодекс «Апофеоза». А потому дерзкое посещение самых оживлённых мест Савальхата с дальнейшим выездом за его стены — отличный способ получить ответ на животрепещущий вопрос: осталось ли их прибытие незамеченным? В любом случае с самого первого шага по пирсу она готова к внезапной атаке. Как и незаметно поглядывающий по сторонам Рэксволд, красочно рассказывающий о жившем в соседнем лесу медведе-шатуне, который каждую зиму марал снег обглоданными телами путников. Посвящать Джона с Лайлой в опасный план они не стали, чтобы поведение друзей казалось естественным и не вызывало подозрений у возможных наблюдателей. Если таковые имеются, то встреча с ними, вероятно, произойдёт в Элберанском Ущелье — идеальном месте для засады, где они окажутся через пару часов.

Джон недоверчиво смотрел вдаль, на горевший осенними красками лес, что упрямо взбирался по скалистому холму, устилая его подножие красно-жёлтым полотном:

— Три года изловить не могли? Да ещё и зимой, когда следы на снегу как на ладони? Тут до города рукой подать. В Савальхате перевелись охотники? — он усмехнулся и взглянул на Рэксволда.

— Это тебе не Эльтарон, — с явным пренебрежением ответил ассасин. — Здесь пещер больше, чем дырок в сыре, и некоторые простираются на грёбаные мили… В них вошло и не вышло немало спущенных гончих… Хотя… кому я это говорю? — он махнул рукой. — Такой охотник, как ты, конечно же, выследил бы его за день и без собаки, — Рэксволд бросил на следопыта на редкость жгучий взгляд — словно перцем осыпал.

Джон понял, что случайно задел его за больное: несмотря на эльтаронское происхождение, Рэксволд всегда считал своей родиной Виверхэль, и, судя по всему, долгожданное возвращение обострило его патриотические чувства. Любое замечание касательно горного королевства переполняло и без того неглубокую чашу терпения, которое выплёскивалось за край словесной желчью. Следопыт уже дважды пожалел, что ляпнул, не подумав.

— Пещеры… Это проблема, — сказал он после тяжёлого вздоха. — Беру свои слова обратно.

На губах ассасина заиграла знакомая, пропитанная язвительностью улыбка:

— А я уж решил: расскажешь, как мишек голыми руками душить.

— Как-нибудь в другой раз, — переминая пальцами поводья, отшутился Джон.

— Я полагала, Виверхэль славится только обилием волков и змей, — задумчиво промолвила Лайла. — Но, если есть вероятность встретить медведя, о его приближении вы будете знать заранее, — заключила она, намекая на вампирическое обоняние.

— Только если мишку зовут не Фасхад, — насмешливо заметил убийца, едкая натура которого окончательно вырвалась на свободу.

Где-то глубоко внутри Лайла подозревала, что если Рэксволд придержит острый язык дольше, чем на час, то крутящиеся на нём колкости сначала образуют страшную мозоль, а потом и вовсе сотрут его до самого основания. Проще было принять ассасина таким, какой он есть. Но она не искала лёгких путей.