Онлайн книга «Начало конца»
|
После странного напутствия неожиданная и столь сильная похвала из уст воительницы звучала несколько пугающе, будто они подошли к последней черте, где настало время предсмертного откровения. Тяжёлую, подобную могильной плите паузу расколол негромкий голос Джона: — Взаимно. После этого диалог сменили безмолвные размышления. И пока другие безуспешно гадали, что сподвигло Эрминию на такую речь, ассасин точно знал: ещё один осколок разбитой души вернулся на своё место. * * * В Элберанском Ущелье по-прежнему завывал ветер, заметая серой пылью остывшие тела разбойников. В отличие от уковылявших с пустыми руками подельников, они остались ждать прихода хищников, невольных летописцев угаснувших жизней, которые сделают их очередной тревожно-молчаливой историей этих земель: неприметной костью на обочине дороги, затерявшимся средь камней зубом или плотно уложенным в гнезде клочком одежды. Не потому ли так громко стонал ветер, что знал слишком много того, о чём никому не мог рассказать? Однако не все, кому было суждено стать историей, растворились на узких тропках судьбы… Одноглазая морда коня нависла над лицом мертвеца с застывшими в перерезанном горле окровавленными пальцами. Осторожно обнюхав полный гнилых зубов разинутый рот, жеребец брезгливо тряхнул головой, а затем, изогнув шею, посмотрел на всадницу: Нактарра недоверчиво озиралась по сторонам. Чтобы вампир не учуял идущую по пятам смерть, охотнице пришлось держать дистанцию, да такую, что амулет безнадёжно остыл, перестав указывать верное направление. Но она не имела права упустить вурдалака. Достаточно было взглянуть на два недавних трупа, дабы осознать простую истину: древнее зло сеяло смерть… * * * Влажный воздух покрывал лицо освежающей прохладой, а шум срывавшегося со скал потока закладывал уши. До этого момента Лайла видела водопады только на картинах. Она заворожённо созерцала, как белая падающая вода, напоминавшая бесконечную шаль, ныряла в пену бурлящего озерца, над которым яркой палитрой красок проступала полупрозрачная радуга. Кисти искусных мастеров не лгали, отражая на холстах великолепие первозданных пейзажей. Но чувство благоговения, неописуемого восторга, когда удаётся узреть чудо природы своими глазами, не могла передать даже самая прекрасная картина. Всё время, пока странники поили и кормили лошадей на лесном берегу, вампирша зачарованно стояла у воды, любуясь живописным видом. — Какая красота… — будто пробудившись ото сна, наконец промолвила она. — А я думал, тебя снова паралич разбил, — завязывая мешочек с овсом, усмехнулся ассасин. — Как тогда, в Гвоке, где ты прилипла к причалу и не меньше часа таращилась на море. — Рэксволд, Рэксволд… — развернувшись, Лайла проследовала к хрустевшей зерном Фелниере, которую Джон кормил с ладони. — Мы выросли в разных мирах — то, что тебе кажется обыденным, восхищает меня до глубины души. И наоборот, — она погладила бархатный нос кобылы. — Я хорошо помню, какими глазами ты смотрел на сокровищницу… — Было дело, — нехотя признал убийца. — Кстати, не боишься, что её обнаружат и растащат все богатства? Ведь я не единственный проныра на свете. — Я спокойна. Если кто-то прознает о них и даже сумеет отыскать тайный вход в сокровищницу, то, не зная особенностей секретного механизма, он никак не попадёт внутрь, — услышав стрёкот, вампирша подняла взор к скачущей по веткам сороке. — А отчаянная попытка пробить толстую стену сделает ветхий замок его могилой. |