Книга Ледяная колыбель, страница 69 – Ярослав Заболотников

Всю дорогу, пока следопыт управлял оленями, Лайла глядела на Скарги и думала, какой путь ему пришлось преодолеть, чтобы доставить послание. Дельвинус явно искал встречи. Отнюдь не дружеской. Случилось нечто ужасное. Иначе бы он не рисковал жизнью дорогого сердцу фамильяра. Но что могла дать искусному пироманту молодая заклинательница? Ведь, если Дельвинус, возраст которого сейчас близился к четырём с половиной векам, жив до сих пор, ему подвластен не только Огонь — вампирша о таком мастерстве и не мечтала.

Джон заметил, что могучий лес справа наконец упёрся в ледяное озеро, длинное, синевшее вплоть до очертаний невысоких гор. Со слов Эрминии, как раз за ними начиналось Ложное Разлядье. Если повезёт, можно будет запастись сладковатыми корневищами, чтобы бежавший за упряжкой жеребец хотя бы несколько дней ни в чём не нуждался. Если крупно повезёт — набрать хараги для всех животных. Глядишь, и самим придётся жевать: от одной оленины начнёт воротить уже через неделю.

То ли мысленное упоминание оказалось слишком громким, то ли устремившиеся вдоль озера сани сильнее обычного тряхнуло на сугробе — северянка приподняла голову:

— Где мы уже? А, ясно. Маралий Берег. Коли не встрянем в буране, через часов пять будем на месте. Ближе к хребту разбудите, — она сильнее закуталась в капюшон, упёрла ногу в борт и засопела.

— Судя по тому, как шустро Эрми отрубилась, болтовня ей не помеха, — Рэксволду надоело пялиться на снежные холмы. — Ну-ка, Лайла, расскажи про зверушку. Почему он вдруг фамильный?

— Не фамильный, а фамильяр, — негромко промолвила вампирша. Она была рада отвлечься от котла пасмурных мыслей, в котором варилась последний час.

— Да я и со второго раза забуду. Хотя какая, по сути, разница? Созвучно — значит, недалеко от истины.

— У тебя часом черти чертополох не высаживают? — глухо усмехнулся Джон, на миг скосив глаза на ассасина.

— В яблочко. И шалашовки шалаши строят. Так что за слово такое, Лайла?

— Фамильяр — существо, добровольно избравшее себе покровителя в лице колдуна. При должном обращении оно становится верным прислужником, соратником и даже другом.

— Насильно мил не будешь?

— Именно так. Без врождённой тяги к людям ничего не получится: существо будет всегда стремиться на волю. Правда, и доверие к человеку не гарантирует крепкой эмоциональной связи. Кроме того, иногда встречается несовместимость чар, вызывающая дискомфорт у обеих сторон. Это целая наука. Куда проще найти коня по душе, воспитать собаку или приручить сову. Только, в отличие от фамильяров, они не способны усиливать магию хозяина.

— Ну вот, теперь всё встало на свои места, — ухмыльнулся Рэксволд. — А то я чуть было не поверил в бескорыстность.

— Не спеши чернить. Если задуматься, союзы лежат в основе большинства отношений, — взгляд вампирши долетел до Рэксволда и ненавязчиво сполз на спящую северянку.

— Ты всё-то в одну кучу не вали…

— Согласна. Не станем рассматривать сугубо человеческие. Вот тебе более корректный пример: разве охотник не может любить свою гончую? — Лайла обезоруживающе улыбнулась.

— Н-да, не подкопаешься… — с вялым смешком признал поражение ассасин. — Ты бы хоть пространство для спора оставила. Чисто ради приличия. Сейчас разговор заглохнет, и снова ветер слушать.