Онлайн книга «Ледяная колыбель»
|
— За каким хреном ты бросила оружие? Ещё и нас на это подбила… Сколько их? Двенадцать? Тринадцать? Справились бы. Где это видано, где это слыхано, чтоб я стоял истуканом, пока меня с ухмылочкой вяжут по рукам и ногам. Боги, на кой чёрт я только тебя послушал… — Давай тоже ближе, — скосив глаза на Джона, тихо сказала Эрминия. Следопыт присоседился, насколько позволили тугие верёвки и мешавшийся провиант, а затем внимательно склонил голову. — Так вот, слушайте… — заговорила северянка. — Суть в том, что нас даже пальцем не тронули. Поэтому мы до сих пор живы и способны сражаться. Воины Гальдгорена — отожранные на мясе быки с толстенной бронёй, размашистыми когтями и яйцами, что потвёрже щита Мархантора будут. Эти ублюдки и медведей не боятся. Зимой, в Неделю Дикокровия, когда во всю славятся предки, они с шатунами в загоне машутся развлекухи ради. Поверьте, нас в любом случае бы скрутили. Только со сломанными руками или рёбрами особо не побарахтаешься. Мы убьём их. Но не в лоб. На привале. Потом вернёмся за Лайлой. Она как раз по нашим следам идти будет. А пока пусть думают, что мы заплутавшие чужестранцы. Хоть немного испуга на мордах стройте, если на вас смотрят… — И куда нас везут? В рабство? — поинтересовался Джон. — На забой. У них в конце осени ежегодный праздник. Будут заживо жрать людей. Чем бодрее и свежее, тем задорнее трепыхается жертва. Правда, мясом не ограничатся. Кожу пустят на одежду и барабаны, жилы — на уздечки, а из костей наконечников для стрел понаделают. Рэксволд поджал губы, покачал головой, неразборчиво угукнул: — Я ещё подумал, чего они такие добрые. Даже лицо не разбили. Оказывается, берегут мои зубы для детских погремушек. Ясненько. На спинку сидения легла массивная, бронированная рука, свесившая назад костяные когти. Но это была не угроза. Варвар лишь поудобнее расположился. Казалось, его вообще не волновали перешёптывания позади, иначе он уже хоть раз бы обернулся, явив странникам разверзнутую пасть кабана, в тёмных недрах которой еле заметно блестели глаза. Джон глядел на ручищу мордоворота, а сам думал о Лайле. Она осталась одна в суровом краю, полном хищников и подонков. Раздираемая паникой и потрясением. Без еды, без дружеского плеча и в довершение пешая. А те немногие, на кого можно положиться, с каждой минутой уносились всё дальше и дальше — помощи ждать неоткуда. За кого Джон был спокоен, так это за Бамбука. До конечной точки пути за него никто не возьмётся: дураков тащить лишний груз, пока он бежит на своих ногах, нет. — Надо придумать, как вернуть оружие, — вполголоса изрёк следопыт. — Уж что-что, а обыскивать эти скоты умеют. — Всё свалили в сани с обугленной трещиной на левом борту, — блеснул наблюдательностью Рэксволд. — Набросок плана уже есть. Но пока не ясно, как отвлечь внимание. Эрминия задумчиво смотрела в угол, на завалившийся в щель обломок стрелы, выдавший себя бежевым оперением. — С этим проблем не будет… * * * Оставшись наедине с беспощадным Грондэнарком, Лайла переживала отнюдь не за себя. Ведь самолично отправила всю компанию в лапы захватчиков. А когда была действительно нужна, как разящая огнём боевая единица, увлечённо растапливала снег вокруг утоптанного пятачка. Вот она, цена инициативности. Теперь же остаётся идти за бесконечной колеёй и верить, что отсутствие запахов крови — благоволение удачи, а не следствие заложенного носа после недавней истерики: на щеках ещё блестели слёзы, не успевшие сорваться в снег крохотными льдинками. |