Книга Кости и цветы, страница 32 – Ярослав Заболотников

— Ты это… Не шути так… — нервно усмехнулся следопыт. — Где я, и где высший свет?

— Монси Виррей однажды сказал: «Стреле не долететь до облаков, пока стрелок не взберётся на гору», — тихий ответ переполняла загадочность.

— Ну-ка посмотри на меня, — Джон мягко приподнял подбородок девушки, поймав проникновенный взор.

Правда, немного погодя Лайла не выдержала и рассмеялась:

— Видел бы ты своё лицо…

— То-то же, — следопыт с улыбкой заложил ей за ухо каштановую прядь. — Насочиняла с три короба.

— Отнюдь. Лишь констатировала факты. Я, как и ты, не хочу стоять у истоков власти. Но наши желания не отменяют наших титулов. С точки зрения закона, отсутствие всеобщего признания — временная формальность.

— Хм. Это как разгуливающий на свободе карманник? Не пойман — не вор?

— Не лучшее сравнение. Но да. Суть ты уловил, — вампирша погрустнела: — Как я и говорила, после расправы над королевской семьёй престол Эльтарона узурпировал деспот, который стремится развязать войну. Верю, рано или поздно найдётся тот, кто свергнет его. Вернёт стране мир и процветание. А если нет… слух обо мне может добавить нам врагов. Глядя на то, что творится вокруг, уже не так сложно поверить в четырёхсотлетнюю престолонаследницу.

Повисла пауза, и вдруг щебетание птиц подвинул голос Рэксволда:

— Вот умеешь ты любой забавный разговор унылостью притопить.

— И давно ты тут подслушиваешь? — Лайла с упрёком обернулась на ассасина, что стоял, подпирая плечом дерево.

— Конечно. Всё интереснее, чем смотреть, как Эрми учит убогого привязывать кобылу и ослаблять подпругу. Ты это… врагов не бойся. Кто захочет обидеть мою сестрёнку, закончит с перерезанной глоткой. Если, конечно, меня Джон не опередит.

— Подлизываешься? — с хитринкой в голосе спросила вампирша.

— Ваше высочество, — саркастически ухмыльнулся Рэксволд, — как вы могли такое подумать? Я себе не изменяю.

— Какой же ты всё-таки… — Лайла вздохнула.

— Непреклонный? — подмигнул тот.

— Непрошибаемый, — по-доброму ответил Джон и поднялся. — Скоро приду.

— Друг за друга фразы заканчиваете? Вот, не зря вас вместе свёл, — кинул ему вслед ассасин.

— Я польщена твоей заботой, — Лайла тоже встала. — И именно поэтому отвечу тебе тем же. Дам совет, — она приблизилась и совсем тихо продолжила: — Сколько бы ты ни видел в Эрми воительницу, она в первую очередь женщина. Не стоит шутить на болезненные темы.

— Это ты к чему? — Рэксволд перевёл взор на северянку, какая положив свою ладонь на ладонь Шойсу, гладила его рукой шею кобылы. — Ясно…

— Нет, — вампирша придержала чёрный локоть, под которым сжался твёрдый, как камень, кулак. — Это неверное решение.

— Разве? Глянь. Она даже улыбнулась ему. Ещё немного, и он начнёт пялиться на её задницу. Побесить меня решила? Так я враз покажу, чего стою.

— Ты смотришь на ситуацию однобоко.

— Ну, давай, просвети меня, — ассасин перевёл на Лайлу тяжёлый взор.

— Ты хочешь, чтобы Эрми стала матерью. А готов ли сам решать проблемы как отец?

— Зачем мне ей что-то доказывать? Она дала слово и на попятную уже не пойдёт.

— Не ей, Рэксволд, — глядя ему в глаза, вампирша тронула ладонью укрытую чёрной бронёй грудь: — Себе.

Вновь посмотрев на Эрминию и Шойсу, который брезгливо щупал бок кобылы, ассасин пожевал губу.

— Заумная такая. Аж тошно, — проворчал он и направился к ним.