Книга Кости и цветы, страница 91 – Ярослав Заболотников

Сумерки стекли за горизонт, уступив небо мгле. Над головами всадников уже висел огненный шар, отчего плотный туман выкрашивался в оранжевый цвет, а сырая земля неустанно блестела. Когда хмурый Джон приметил на ней следы копыт и, став ещё угрюмее, зашуршал картой, всё стало ясно даже Шойсу.

— Я долго терпел и держал язык за зубами, — вдруг сказал Рэксволд, — но у меня уже свербит. И мне-таки неймётся спросить: мы заблудились? Может, молчаливый проводник удостоит нас ответом?

— Да… — тихо раздалось над картой.

— Фух. Прям отлегло. Я уж думал, тебя комары подкупили и ты водишь нас кругами, чтобы они досыта нажрались. Так-то куда ни шло.

Хоть ассасин и выплёскивал раздражение через сарказм, сидевшая за чёрной спиной северянка была настороже: с умением призывать кинжал в руку, за ножнами следить бесполезно, а вот пресечь замах — самое то.

— Никак в толк не возьму, — Джон сдул упавшего на бумагу комара, какой опалил себе крылья, пролетев слишком близко к огню. — Тут миль пять зигзагом проехать. Уже давно должны были в пастбище упереться. На деле же кругаля наворачиваем.

— Послала бы Скарги, но, сам понимаешь, туман… — Лайла задумчиво перебирала пальцем острые коготки мефита.

— Всё, хорош, — подъехавший ассасин ловким движением выхватил развёрнутую карту. — Так, посмотрим… Полчаса назад чуть в зыбун не влезли. Потом был мшарник. Сейчас, видимо, мы где-то тут, — облачённый в чёрную кожу палец небрежно тыкнул меж волнистых меток трясин. — Едем с уклоном влево, огибаем вот эту каракулю и хопа: деревня. Давайте за мной, — бросив карту тихо вздохнувшему следопыту, новый проводник направил кобылу в туман.

Странники поехали за Рэксволдом, что рассекал пелену уверенным взором. Маршрут и правда стал другим: под копытами захрустели улитки, мимо начали проплывать силуэты берёз, обросших поганками, точно грядами бородавок. Джону было немного странно обнаружить в ардонэйзийской мгле эльтаронский пейзаж, Лайла морщилась от каждой сплющенной лошадью жизни, а Шойсу подозрительно косился на грибы.

Едва земля перестала чавкать, прикрывшись ковром из листьев и тугих бутонов, ассасин поравнялся с Джоном. Затем кольнул его победоносным взглядом:

— Вот видишь. Ничего сложного.

Следопыт скользнул взором по ухмылке Рэксволда и безразличному профилю Эрминии:

— Значит, я просто устал…

— Ну, скоро на сеновале отдохнёшь.

Ночной туман цеплялся за всадников белёсыми клубами, словно не хотел расставаться, но ассасин был неумолим — вёл группу на веявший теплом ветерок, что доносил откуда-то запахи душистого луга.

И вот немного погодя… вновь раздалось хлюпанье. Проехав чуть вперёд и узрев похожие на коряги деревья, Рэксволд решил вернуться обратно, к твёрдой земле с низкими растениями. Но ни через метр, ни через сто, она не обнаружилась: куда ни пойди — копыта заставали лишь хлябь. Финалом нового маршрута стало пятно глубоких следов, донельзя похожих на те, где изначально останавливался Джон.

— Сделаем проще, — недобро сказал ассасин. — Едем до берёз, а там в грязь соваться не будем. Вырулим правее.

Спорить никто не стал. В итоге полчаса скитаний по болоту прошли за поиском берёз, а закончились у перекрёстка из четырёх полос следов. К сожалению, собственных.

— Карту, — отрезал Рэксволд и, получив свёрнутый листок, грубо расправил его до треска бумаги: — Ну? И какого чёрта не так⁈ Что за срань⁈ Я вернусь и отрежу голову тому, кто её малевал!