Книга Иллюзия, страница 74 – Максим Шаттам

Некоторое время Юго растерянно озирался – лес выглядел не так, как обычно. Под тяжестью влаги ветви поникли, а высокая трава, наоборот, выпрямилась, скрыв некоторые ориентиры. Сделав небольшой крюк, он нашел то, что искал.

— Мы почти пришли.

Первая жуткая гирлянда застала врасплох его самого: она упала прямо на них, когда он зацепил ее, отодвигая торчавшую на пути ветку. Лили вскрикнула, а потом поняла, что черепа птичьи. Юго взял ее за руку и увлек вглубь «декоративной» зоны, где висела дюжина траурных лиан. Он обвел их широким жестом:

— Вот, взгляни.

— Это какой-то прикол? Ты сам их сварганил?

— Да нет… Я наткнулся на них десять дней назад. А. С. пытался отговорить меня идти сюда. Он в курсе, что они существуют.

— Он шатается по этим лесам с детства, поэтому наверняка знает обо всем, что здесь творится.

— Так что даже мог бы сделать их сам?

Лили ответила не сразу. Она внимательно разглядывала гирлянды. Юго наблюдал за ней, восхищаясь ее самообладанием. Ему вспомнилось, как он сам отреагировал на них в первый раз. Девушка была хорошенькая, курносая и с пухлыми губами.

После недавнего дождя остро пахло землей, корой и древесным соком. Вскоре потянуло еще и плесневым грибным духом.

— Не могу сказать, что хорошо знаю А. С., – призналась Лили, – но я бы удивилась, если бы мне сказали, что его тянет на чернуху. Спортивный, прямолинейный, вполне естественный, немного бабник и ничуть не похож на собирателя дохлых животных. – Она вплотную подошла к нему. –  Зачем ты привел меня сюда?

Не понимая, сердится она или нет, Юго почувствовал себя по-дурацки. Он пожал плечами:

— После нашего вчерашнего разговора я подумал, что было бы неплохо показать тебе мои находки. Согласись, это ненормально. Я только одного не могу понять: как получилось, что зимой никто из туристов не наткнулся на эти гирлянды? Наверняка есть сотрудники станции, которые о них слышали…

— На этот вопрос я могу ответить: если бы прежде, чем войти в лес, ты поднялся чуть выше по склону, то увидел бы таблички – их не убирают и летом, по крайней мере самые большие. «Проход запрещен», «Осторожно. Опасность падения с обрыва». Если не ставить повсюду такие предупреждения, всегда найдутся любители пойти на риск и сломать себе шею. Мы инструктируем их сразу по приезде. Они знают, что нельзя сходить с тропы. Так что нет, я не думаю, что кому-то известно об этих… извращениях, потому что сюда никто не ходит. Кроме А. С., который проверяет, все ли в порядке. И тебя.

Лили пристально смотрела на него.

— У тебя есть еще какие-то сюрпризы в том же духе? – спросила она.

— Нет, и мне бы хотелось, чтобы их больше не было. Ну, так что ты об этом думаешь?

Она снова взглянула на раскачивающиеся гирлянды:

— Ты по-прежнему зациклен на мысли, что в Валь-Карьосе действует какой-то маньяк?

— Согласись, это все малоприятно.

Лили не спеша обдумывала ответ.

— Ты мне поможешь? – настаивал Юго.

Лили резко повернулась к нему:

— Помочь тебе? Играть во флика? Чтобы обнаружить дохлую кошку?

— Ты считаешь, такие жуткие украшения – это нормально? Или резные стволы у Страфа?

— Он эксцентрик…

— А Алиса? Ты ведь с ума сходила, когда она исчезла.

— Я переполошилась, только и всего. Ну конечно, учитывая статистику Валь-Карьоса, я могла опасаться, что с ней что-то случилось. Я устала, выдохлась на работе. А тебе, Юго, стоило бы выбросить все это из головы.