Книга Союз хищников, страница 49 – Максим Шаттам

— Ей удалось освободить руки?

— Видимо, да.

Запястья женщины распухли, несколько глубоких царапин виднелось ниже локтя. Она раздирала кожу вокруг захватов до мяса. Петли представляли собой пластиковые хомуты – скользящие узлы, столь любимые американскими правоохранительными органами. Развязать их невозможно, единственный вариант – разрезать хорошими ножницами.

— Но ступни она освободить не сумела, – добавил Микелис. – Хотя очень старалась.

Она дергала так сильно, что в районе лодыжек зияли огромные раны, но стяжки не поддались.

— Есть даже царапины от ногтей – она явно сама рвала на себе кожу, – прокомментировал криминолог.

— Она сама раскромсала себе лодыжки?

— Я думаю, будь у нее еще час времени, она бы оторвала себе обе ступни.

— Вы серьезно? Но… зачем?

— До этого мы еще доберемся.

— Он перерезал ей горло?

— Почти до кости, тут даже не нужно подтверждения патологоанатома, достаточно подойти ближе.

Алексис предпочитал держаться на расстоянии. Он не понимал, как поможет расследованию то, что он увидит ее перерезанное горло. От запаха крови его начинало мутить. Это был терпкий железистый запах, который он вдыхал уже много раз и который неизменно вызывал одно и то же воспоминание: запах скотобойни, на которую его как-то сводили в детстве. Ему часто говорили, что запахи связаны с воспоминаниями и что они по ассоциации вызывают у нас, в нашей памяти, какие-то давние образы. Вплетаясь в ощущения, они навсегда становились несмываемой печатью опыта на теле жизни.

— Он ударил ее электрошокером, – прокомментировал криминолог, указывая на два небольших прокола в центре спины и посиневшую кожу вокруг.

— Это что-то новое. К тому же обычно он убивает не так. Неужели ему пришлось действовать впопыхах?

Микелис покачал головой:

— Напротив, он пришел сюда, чтобы действовать спокойно, с расстановкой.

— Ее не истязали, как предыдущих жертв, – заметила стоявшая у порога Людивина. – Это точно был он? Наш Фантом?

Франк наконец поднял глаза от блокнота и сказал:

— Нет никаких следов взлома. И уборщица подтверждает: когда она пришла, все было заперто. Уходя, убийца тщательно запер дверь, мерзавец.

— Мы не знаем, как он попал внутрь? – спросил Алексис.

— Нет. Как и в случае с предыдущими двумя жертвами.

— У Клер Нури и Надьи Садан была в доме сигнализация? – спросил Микелис.

— Да. Но компании-установщики разные, мы проверили. И интернет-провайдеры тоже. В крайнем случае, чтобы проникнуть внутрь, Фантом мог выдать себя за электрика. Мы копали и с этой стороны, но никто из соседей в течение дня не видел ни одного служебного фургончика.

— Они могли его проглядеть, – добавила Людивина.

Микелис тут же парировал:

— Вряд ли, чтобы попасть в дом, Фантом стал бы выдавать себя за сотрудника какой-либо службы, да еще и поздним вечером в воскресенье. У него другой метод. Который работает днем и ночью, в выходные и в будни. Он очень уверенно действует. Вы просматривали выписки по кредитным картам? Не обращался ли кто-нибудь из жертв к слесарю?

— Тоже никаких результатов, – доложил Алексис.

— Но что-то должно объединять этих жертв. Например, способ, которым он проникает в их дома. Либо ему удается заставить хозяев открыть, не вызывая подозрений, а затем закрыть за собой, взяв хозяйские ключи, либо у него есть своя методика, которую нам нужно поскорей разгадать.