Книга Слеза Рода, страница 126 – Андрей Васильев

— Максим! — уставился на меня Даня, со щек которого отхлынула кровь. — Скажи ему! Мы ведь…

— «Мы» — что? — уточнил я. — Мы ничего. Деловые партнеры, но и только. Это не основание для того, чтобы за тебя вписываться. Сам накосорезил — сам отвечай.

— Да что такого я сделал-то? — завопил со слезами в голосе Разумовский. — С тобой дел никаких с весны нет, а вас вообще впервые в жизни вижу.

— Ну а его? — ткнул бедолаге под нос телефон с перекинутой ему мной свежей больничной фотографией Баженов. — С ним у тебя дела ведь есть? А?

Даня судорожно сглотнул слюну, выпучил глаза и тяжело задышал.

— Есть, — удовлетворенно констатировал Слава. — Но говорить не желаешь. Хорошо. Макс, тут неподалеку парк есть, там на задах всегда тихо и народ не шарохается, особенно в будни. Мы сейчас туда поедем и с товарищем пообщаемся — вдумчиво, с чувством, с толком, с расстановкой. Опять же пруд там имеется, в котором субпродукты после задушевной беседы топить удобно. В мешок сложил, камушек для весу добавил — и на дно его. На дворе осень, никто водоем чистить не станет, потому, дай бог, к следующей весне его найдут. А то и позже, когда там одно месиво да кости останутся.

— Или никогда. Районный бюджет не резиновый, все пруды не почистишь, — поддержал его я. — Погнали. А потом ужинать, ладно? Жрать хочу — сил нет.

— Что вы хотите знать? — Беседа, в которой мы решали его судьбу настолько безразлично и деловито, все же оказала на впечатлительного Даню нужный эффект. Хороший прием, почти всегда работает с такими, как он. — Что вам от меня нужно?

— Не что, а кто. — Слава снова ткнул ему под нос смартфон с раскрытым на экране фото. — Вот этот товарищ. Как связываешься, чем помогал, где скрывается. Все говори. До мельчайших подробностей.

— Это Аркадий, — хлюпая носом, ответил Разумовский. — Да вы же сами знаете! Он мне говорил, что Макс его ищет! И вы.

— Я не спрашивал тебя, кто он. Я спрашивал, где он.

— В Перово! — почти закричал наш пленник. — Прячется в заброшке, где никто его искать не станет. Честное слово, он там.

— В Москве еще остались заброшки? — удивился Баженов. — Надо же. Я думал, их все давно снесли и на освободившемся месте дома точечной застройки поставили. Даже Ховринскую больницу, и ту демонтировали, а уж на что знаковое здание. Почти городская достопримечательность, в «Википедии» фигурирует.

— Встречаются еще, — заверил его я. — Хоть и нечасто. Дань, адрес давай. И сразу — он сейчас там?

— Да, — так, будто собирался с вышки прыгнуть, выдавил из себя Разумовский. — Там! До утра. Потом, как рассветет, уедет.

— Не говорил, куда собирается? — мигом осведомился мой напарник.

— За город, — уже потише, как видно смирившись с неизбежным, пояснил торговец артефактами, — в район Солнечногорска. Зачем — мне неизвестно.

Зато мне ведомо. К Мергену Стрелецкий собрался, за исцелением, видать — совсем все плохо. Но правильно я его просчитал! И съездил в заветный лесок не зря. Потому что шабаш, никуда Аркашка теперь от нас не денется. В любом случае. Даже если мы его в Перово не прихватим и он от нас сумеет ускользнуть, то точно стреножим в лесу. Всех дел — договориться с дедом Никитой, чтобы он нашего друга вывел на какую-то уединенную полянку, куда грибники не заглядывают, а после с нее не выпускал до той поры, пока все не закончится.