Книга Тайные тропы, страница 19 – Андрей Васильев

— Чем смог, — скромно ответил Шлюнд. — А все остальное — сам. Впрочем… Нуми-Торум бог земной, ему темнота претила, потому наверняка битва с братом проходила не в горных тоннелях, а под ночным небом. Понимаешь, о чем я?

— Некое место, скрытое в горах от обычных людей, — задумчиво произнес я. — Заповедное, можно сказать. Камни ведь обладают долгой жизнью и такой же памятью.

— Верно, они наверняка сохранили воспоминания об уходе Куль-Отыра, — подтвердил Карл Августович. — На них он упал после удара брата, на них лилась его кровь. Кровь бога. Где же еще проводить ритуал, как не там?

— И снова благодарю, — сказал я.

— Пустое, — рассмеялся старичок. — Ты бы и сам до этого додумался, причем довольно быстро. Да и помощь эта весьма и весьма относительная. Хребет на самом деле огромен по своей протяженности, и спрятанное от всех место может оказаться где угодно.

— Не скажите, — возразил я. — Теперь у меня есть отправная точка, что уже здорово. К тому же теперь я знаю, что время в запасе имеется. До конца августа месяц с небольшим остался, а это немалый срок, за него много чего сделать можно успеть. Думаю, денька через три я буду уже на Урале. На месте, вблизи, все всегда видится по-другому. Глядишь, за какую ниточку и зацеплюсь И, может, даже не за одну. Для начала надо будет с местными этнографами поговорить. Опять же, возможно, какие представители культа Нуми-Торума там до сих пор проживают. А почему нет? Если получится их разговорить, то, глядишь, какие-то новые подробности о вражде братьев-богов узнаю, а то и с привязкой к конкретному месту.

— Денег не жалей, — велел мне Шлюнд, — сколько надо, столько и трать. Если что, Аркаша тебя ими снабдит в нужном количестве. Ах да, забыл сказать — он едет с тобой.

— Карл Августович! — не скрывая неудовольствия, воскликнул я. — Это-то зачем?

— Не обсуждается, — сказал как припечатал антиквар. — Если хочешь, считай, что он от моего лица контролирует процесс выполнения работ, для которых ты был нанят.

— Хорошо, будь по-вашему, — согласился я, понимая, что заказчик явно на попятный не пойдет. — Но за его жизнь и здоровье я никакой ответственности не несу. То есть если его медведь задерет или камнями при обвале засыплет, то претензии не принимаются.

— Максим, я знаю, что Аркаша производит впечатление инфантильного и неуклюжего большого ребенка, но поверь — это не так. В те моменты, когда ситуация опасно обостряется, он проявляет немалое мужество и неожиданную для всех смекалку, чему я сам был свидетелем. Плюс он у меня очень небалованный юноша, потому каких-то особых условий для себя требовать не станет.

— Не убедили, — проворчал я.

— И еще — случайных людей с собой не бери, — велел Шлюндт. — Самое главное — никаких наемников. Если они взяли деньги от тебя, то могут принять их и еще от кого-то.

— Так под это определение и я сам подхожу. Я же тоже наемник.

— За тобой стоит репутация Мирослава, который никогда не нарушал данного им слова, — возразил антиквар. — Потому ты скорее умрешь, чем ее запятнаешь, несмотря даже на то, что твой наставник давно мертв. Не просто же так тебя в определенных кругах зовут «чистюлей» и даже «праведником». Но кто поручится за то, что, например, ведьмы не предложат нанятым тобой специалистам тройной гонорар? Или десятикратный? Они себе это могут позволить, денег у них хватает. Выдержат нанятые тобой люди такой соблазн? Не уверен. Так что считай, что это прихоть заказчика, которую ты обязан выполнить.