Книга Тени Былого, страница 123 – Андрей Васильев

— Да не дергайся, — посоветовал ему Пал Палыч, от которого это движение не укрылось. — В этом месте никто никого тронуть не посмеет. Заведение Абрагима — нейтральная территория, я тебе про это еще днем говорил.

— Чистая правда, — подтвердил Ленц. — Да и при других раскладах я бы не тронул твоего наставника. Разве что в ситуации, когда стоял бы вопрос — он или я, все остальные варианты можно смело отметать. После такого поступка моей семье придется менять страну проживания, а это слишком высокая цена за жизнь одного человека. Но и он не смеет тронуть меня до той поры, пока не застанет над мертвым телом и с окровавленными клыками.

— Что практически невозможно. — Пал Палыч поднял стаканчик с вином и отсалютовал им вурдалаку. — Господин Ленц для такого слишком умен и опытен. Ваше здравье!

— Живи дуго! — ответил ему тем же Арвид.

— Это на каком языке? — не удержался от вопроса Коля.

— Сербский, — ответил ему один из спутников Ленца. — Наш отец оттуда родом.

— Ладно. — Михеев вытер рот ладонью. — Значит, говоришь, сработано грубо?

— Невероятно, — подтвердил вурдалак. — Без фантазии совершенно. Но достаточно убедительно для того же Ростогцева, который никогда особой внимательностью к деталям или уравновешенностью не отличался. Полагаю, ты в достаточной степени наслышан о его вздорном нраве?

— Равно как о твоей мстительности и жестокости. — Пал Палыч покрутил за край блюдо с зеленью, подцепил розовую раннюю редиску и аппетитно ей хрустнул. — Причем рассказывал мне про это года два назад как раз князь Михаил. Коля, ты почему не ешь? Бери свинину, бери овощи, лепешку ломай. Это все готовил Абрагим, а он лучший кулинар из тех, кого я знал. Тем более что платить все равно не нам, так что не стесняйся. Итак, Арвид, еще раз — ты чего конкретно от меня хочешь?

Коле было очень интересно, на самом ли деле упомянутый Михаил является настоящим князем, или это все-таки кличка, но он промолчал и принялся наворачивать ароматное мясо, приправленное травами.

— Сегодня ночью мы встречаемся с Михаилом, — очень веско произнес Ленц. — Мне удалось настоять на переговорах, хотя князь уже настроился на хорошую свару. Тебя же я попрошу выступить там в качестве арбитра.

— Называй вещи своими именами, — попросил его Михеев. — Не арбитра, а гаранта. Ты полагаешь, что мое присутствие обезопасит тебя от нападения Ростогцева. Переговоры-то он, небось, в Останкино решил провести? На своей территории? Верно?

— Именно, — склонил голову Арвид. — И вот что я скажу тебе, дьяк — если бы за мной или моей семьей значилась вина, то ты стал бы последним, к кому мы обратились за помощью. Все знают, что в большинстве случаев вы докапываетесь до сути и отмеряете воздаяние виновным полной мерой. Но сейчас ситуация другая. Кто-то очень хитрый желает втянуть нас в войну, а я никогда не плясал по чьему-то указу. Кто этот ловкач, я со временем непременно узнаю, как и то, зачем он это все устроил. И за смерть Феликса он мне тоже ответит. Но — потом, не сегодня. Сейчас главное не допустить бойню, которая может начаться. И как бы ты ни лукавил, но все же это и в твоих интересах тоже. Скажу больше — твои интересы тут куда более первостепенны, чем наши.

— Ты упомянул смерть некоего Феликса, — уточнил Пал Палыч. — Поясни?