Онлайн книга «Осколки легенд. Том 2»
|
Над головой грохнуло — это ударился о стену странноватый юноша по имени Хассан, которого послушник двумя часами ранее освободил из подвала Красного герцога. Невесть как, но он умудрялся пока сдерживать атаки их общего врага. Вот и сейчас — из Юра такой удар вышиб бы дух, а этот смуглый малый прыжком вскочил на ноги и снова кинулся на противника, не давая ему приблизиться к умирающей предсказательнице. — Тридцать лет, — шептала Оливия. — Тридцать лет, Юр — не больше и не меньше, запомни это. И только одна ночь, та, в которую он получит свободу. Если его не убить в эту ночь в этом же замке, в этой же зале — он станет непобедим. Обещакха-а-а… Предсказательница вздрогнула, из краешка рта протянулась струйка крови, и в душе Юра что-то оборвалось. Навсегда. — Об-бещаю. Я вернусь с-сюда через тридцать л-лет, — прошептал Юр, закрыл Оливии глаза, сжал в руке камень, поднялся на ноги и крикнул: — Хассан, мне н-нужна хотя бы к-капля его крови! — Так вон целая лужа, — невозмутимо ответил ему боец с Востока, выписывая двумя саблями невообразимые «восьмерки» и умело блокируя атаки Красного герцога, скалой нависающего над ним. — Бери сколько надо, да! Юр злорадно оскалился — в этом мире все иногда бывает очень просто, но люди почему-то выбирают длинные и сложные пути. — Не дай ему доб-браться до м-меня! — крикнул он Хассану и кинулся к луже в центре зала… Город Эйген, настоящее время — Его замок стоит там же, где и ранее, — Хассан с улыбкой посмотрел на брата Юра. — Я присматривал за ним, да. Там никто не живет с тех пор, как мы его покинули тем утром. Нет, лет пятнадцать назад один глупый аристократ хотел было его прибрать к рукам, но цепь таинственных смертей по ночам… — Я п-понял, — прервал его брат Юр. — Он оттуда с-съехал. — Успел, на свое счастье, — подтвердил ибн Кемаль. — А так — еще бы одна ночь, и все. Я помню, брат мой, что эта клятва — она для тебя не просто дело чести. Эта девушка, Оливия… — Не б-будем, — брат Юр припечатал ладонь к столу. — Это п-прошлое, его не в-вернуть и не из-зменить. — Но последний удар все равно должен быть твой? — уточнил Хассан. — Или нет? — Мой, — твердо произнес брат Юр. — Только м-мой. — А ты говоришь — не вернуть и не изменить, да, — лукаво улыбнулся Хассан. — Прошлое тогда мертво, когда умирают клятвы и желания. А до той поры оно определяет настоящее. — Д-давай закончим наше д-дело, а уже п-после этого будем ф-философствовать, — предложил ему брат Юр. — К-как тебе такая п-программа? — Она разумна. — Хассан встал из-за стола и положил на него монету. — Пошли, брат мой. Выйдя на улицу, старые друзья сразу же зажали уши: прямо над ними гулко брякнул колокол, потом еще один раз и еще один. — П-праздник — праздником, но если к-кто-то уже и сп-пать лег? — возмутился брат Юр. — Нет, эти т-торжества п-положительно сводят л-людей с ума. Как будто услышав его, колокольный звон стих. — Если только те уже не безумны, — рассмеялся Хассан и ткнул пальцем в небо, точнее — в башню, на которой и звонили в колокол. — Смотри. Никого не узнаешь? Вокруг купола порхала небольшая фигурка, издавая еле слышный отсюда визг и периодически рассыпая вокруг себя искры. — А, тогда все п-понятно, — как-то даже и успокоился брат Юр. — Бедный Эйген, к-как бы ему к утру в р-руинах не оказаться. Н-надо будет попенять Х-хейгену — отправить эт-ту разрушительницу одну, б-без соп-провождения, в ту местность, г-где обитают люди? Просто бесч-человечно. |