Книга Ларь со счастьем, страница 11 – Андрей Васильев

И еще. У них всех есть петельки сверху, словно для того, чтобы…

Хитро придумано! Вроде все на виду, а поди, догадайся.

— Этот мой – я взял солдата – Надеюсь, никто не против.

Марфа коротко глянула на меня, насторожилась и цапнула из ларя куклу.

— Арсений, что тебе? – поторопила она оборотня, который чесал своей лапищей в затылке.

— Так вот, волчара. Они какая-никакая, а нам родня. Не зайца же брать?

— Заяц мой – согласился с ним лесовик, забирая последнюю игрушку – И чего теперь с ними делать станем? Тетешкать?

— Не-а – качнул головой я – На елку вешать. Что еще с игрушками в Новый Год делать?

Слова я подтвердил делом, и бравый гвардеец, покачиваясь, повис на еловой лапе.

Через минуту остальные куклы составили ему компанию, и как только заяц последним украсил елку, моя голова закружилась так, что я моментально перестал понимать, где верх, а где низ, а после вообще вроде как сознание потерял.

Продлилось, правда, это ощущение недолго, несколько секунд, но, когда чувства ко мне вернулись, я понял, что нахожусь совсем не на лесной поляне. Но и обычным то место, где я оказался, назвать было нельзя. Впрочем, и необычным тоже. Просто, потому что свой собственный дом необычным не является.

Только это был не тот дом, где сейчас жили мои родители, нет. Это была та квартира, в которой прошло мое детство. Мы уехали из нее, когда дела у отца пошли на лад, причем настолько, что его семье безопасней стало жить в частном доме. Его проще охранять. Но до того мы обитали вот здесь, в обычной квартире типового дома. Тут я начал ходить, говорить, здесь открывал для себя мир, испытывая первые детские радости и горести.

— Валерка, скоро папа придет! Он уже у подъезда – впорхнула в комнату мама, держа в руке массивную телефонную трубку с выдвижной антенной – Неужели хоть этот Новый Год мы встретим все вместе? Я уж и не надеялась!

Какая она… Молодая? Нет, она у меня всегда молодая, но я ее с такой прической почти и не помню. Разве что на фотографиях видел, тех, где мне года четыре или около того.

В этот миг мама, улыбаясь, подхватила меня под мышки, и мы закружились на месте. Вместе.

— Полетели, полетели – приговаривала она, улыбаясь – Да?

В полете я видел знакомую стенку, здоровенный телевизор с выпуклым экраном, тахту, на которой вроде любил играть в солдатиков и украшенную десятками шаров елку.

— Ну, кто тут весь год себя хорошо вел? – раздался из коридора голос отца, а следом за тем появился и он сам, держа в руке красный мешок – А?

— Валера! – гордо заявила мама, опуская меня на пол, причем выяснилось, что ноги меня не особо держат – Год – не год, а сегодня точно. Он кашу ел, спать днем лег вовремя, соседскую собаку не дразнил и снегом в девочку Катю не кидался.

— Молодец – очень серьезно сказал отец, достал из мешка большой красный автомат и протянул мне – Тогда вот тебе подарок. Вещь! Смотри, как настоящий!

— Опять ты ребенку оружие даришь – недовольно сказала мама – Валер, ну мы же говорили?

— Нормально – рассмеялся батя – Он мужик, хоть и маленький еще. Оружие самый тот подарок. Да вон, смотри, уже осваивать начал.

Батина ладонь опустилась мне на затылок, а мама в этот момент обняла его.

И в этот момент мне стало так хорошо, как, наверное, никогда в жизни не было. Вот только горло перехватило так, что дышать стало трудно. Узнал я этот автомат. Это и не странно, он для меня всегда ассоциировался с моим детством. Он и сейчас лежит в родительском доме, давно не стреляющий, да и не сильно красный, словно полинявший. Но я все равно его сам не выбросил и маме этого сделать не дал. Это же мне батя подарил, как можно? Нет, он мне потом еще много чего покупал, но именно этот автомат стал первым подарком, который я помнил. И самым важным, наверное.