Книга Ночь гнева, страница 81 – Андрей Васильев

— Вот сейчас не очень ясно. — Ровнин стянул с плеч куртку, а после взял в руку стакан.

— Давай выпьем, а после я тебе все объясню.

Водка ракетой промчалась по горлу и пищеводу, а секундой позже мягко ударила в виски.

— Смотри, Олежка. — Тетя Паша без особых церемоний похлопала по карманам его куртки. — Да где у тебя сигареты? А, вот они. Дай огоньку.

— Не вопрос. — Ровнин достал из напоясного чехла свою новую зажигалку.

— Хорошая штука, — прикурив, оценила подарок Ленца Веретенникова. — Красиво жить не запретишь. У меня тоже такая была, только попроще, под латунь. С трупа одного американца взяла, еще на Кубе, когда с парнями из «Директората» президентский дворец штурмовала. Правда, там же, на острове, ее и потеряла, но уже позже, когда с Че и Сьенфуэгосом Санта-Клару брала. Меня тогда крепко зацепило, проникающее в бок, когда грузили на борт, видать, она из кармана и вылетела.

— Это вам Славяну надо рассказать, он на Кубе конкретно повернут, — предложил Олег.

— Перебьется. Итак, я о чем? Вопрос «где» можно сразу снимать с повестки дня, потому что и так ясно — в Москве. Странно было бы, если Марфа видела нечто подобное, например, в Когалыме. Ну просто в силу того, что она за пределы Подмосковья последние полвека не выезжает. Это общеизвестный факт, не требующий подтверждения. Согласен?

— Наверное, — ответил Ровнин. — Я просто вдвое меньше на свете живу, чем она в Москве.

— Отлично. Переходим к вопросу «когда». Марфа, с твоих слов, явно узнала способ, которым этих парней препарировали. Верно?

— Верно.

— Значит, она подобное уже видела ранее. Согласен?

— Само собой. — Произнося эту фразу, Ровнин постарался убрать из голоса недовольство. Не понравилось ему, что тетя Паша с ним то ли как с дитем малым разговаривает, то ли как с полным идиотом.

— Ты губы не дуй, — все же догадалась о его мыслях уборщица. — Запомни: даже очевидные вещи в таких случаях лучше проговаривать вслух. Ничего постыдного или глупого в том нет. Лучше так, чем после выяснится, что каждый собеседник, оказывается, идет своей дорогой. Почему? Потому что в какой-то момент кто-то из них свернул не туда и время было потрачено зря. Уловил?

— Уловил, — кивнул Олег, признав правоту собеседницы, — осознал, не повторится.

— Итак. Далее есть два варианта развития событий. Первый, который для нас не очень подходит, — история, в которой Марфа выступала то ли в качестве зрителя, то ли вообще участницы, закончилась там же, где началась. То есть кого-то убили и на месте преступления закопали. Ну или как-то по-другому утилизировали.

— Не только Марфа про тот случай в курсе, — потупился Ровнин. — Возможно, еще Волкова из Лефортова что-то видела или слышала.

— Так, — недовольно нахмурилась уборщица. — Ты мне информацию так и станешь кусками выдавать?

— Виноват, дурак, — вздохнул Ровнин. — Из головы вылетело.

И он в подробно, чуть ли не дословно пересказал все, что по этому поводу Марфа говорила.

— Мы же с Зинкой сейчас на ножах? — уточнила тетя Паша. — Тогда можем скидывать ее со счетов. Не исключено, что это еще одна обманка. А если и нет, то Волкова все равно ничего не скажет, из вредности. Паскудная она баба и всегда такой была. Можно, конечно, ее к стене припереть, но и в этом случае толку не будет, соврет наверняка, я ее знаю. Ладно, вернемся к нашим трупам. Так вот, если они давным-давно сгнили где-то в яме, то дело плохо и ниточку мы не нащупаем. А вот если нет, если их нашли и дело было заведено, то совсем другой коленкор. Правда, тоже неоднозначный, с разными линиями развития событий. По глазам вижу, ты смысл уловил, потому расскажи мне, о чем идет речь, пока я водочку по стаканам разливаю.