Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 119 – Баобэй Мэйжэнь

— Неужели вы потомок мудреца Цянь И? – спросил Хай Минъюэ.

— Я чистокровный потомок мудреца, – кивнул Цянь Сян с улыбкой. – Но в нашем ордене чистота крови не имеет большого значения при выборе старейшин. Только самые сильные, талантливые и решительные достойны этого места. А будь их фамилия Цянь или Бай, будь они бедными или из именитого клана, это не волнует никого. Нам важна только ценность, которую они приносят, и потенциал, который могут проявить.

— Я считаю, это правильно, – вставил Ши Хао с гордостью. – Если раздавать почет и признание только всяким богатеям незаслуженно, то ничего хорошего не добьешься. Я желаю тоже однажды присоединиться к вашему ордену и быть таким же целеустремленным, как Цянь И, и тоже вознестись и занять трон Небесного Императора!

В то время Ши Хао было немногим больше десяти лет, поэтому его амбиции никто особо не принимал всерьез. Но Цянь Сян слушал его без осуждений.

— Старайся усердно, и ты горы свернешь.

Через несколько дней Ши Хао показывал Хай Минъюэ свои заклинания земляной стихии, и мальчик захотел повторить, потому что уж больно красиво золотые мечи вонзались в пенек.

— Ты делаешь это как-то так?

Сам того не ожидав, Хай Минъюэ в точности повторил технику Ши Хао и создал мечи концентрированной земляной стихии.

— Это невозможно! Ты овладел второй стихией через неделю после первой?

Цянь Сян тут же оказался позади них, его взгляд проникал мальчику прямо в душу.

— Ну-ка, дай я научу тебя заклинанию металла.

Через месяц Хай Минъюэ овладел всеми пятью стихиями на одном уровне даже без камня ланьюйши. Пока он не мог применить сложные заклинания, потому что его духовное ядро было не настолько натренировано, но то, что у него редкий дар, было неоспоримо.

Чэн-эр сидел в своем углу мрачнее тучи и совсем не хотел с ним разговаривать. Хай Минъюэ сильно переживал из-за этого. Даже зная, что он совсем не виноват, он чувствовал нужду постоянно извиняться перед Чэн-эром за то, что своим талантом оскорбляет его чувства. Чэн-эр ничего ему не говорил, он просто сидел грустный на занятиях по заклинанию стихий.

Учитель Цянь также обучал мальчиков культурным основам, музыке, каллиграфии и игре в го. Игра в го была игрой в стратегию, а с этим у Хай Минъюэ всегда были трудности. Он смотрел на черные и белые камушки и представлял, как их расставить так, чтобы получилось изображение какого-нибудь зверька, вместо того чтобы думать, как обыграть противника. Чэн-эр же был мастером стратегий и обыгрывал даже учителя.

Хай Минъюэ ненавидел играть в го, прекрасно знал, что он для нее не годится, но постоянно просил учителя поставить его в пару с Чэн-эром. Чэн-эр мастерски обыгрывал его, даже не задумываясь. Хай Минъюэ делал самое печальное лицо на свете, чтобы задобрить младшего брата и выставить себя не совсем умным. Талантливый выскочка было последнее, чем он хотел стать для братьев и соучеников. Поэтому Чэн-эр как-то смягчал взгляд и даже пытался научить его стратегиям.

Хай Минъюэ не считал, что поступает неправильно, немного преуменьшая свой интеллект в глазах других. Главное, что Чэн-эр больше не хмурился и не считал себя никчемным изгоем. Если на занятиях по стихиям Чэн-эр был дурачком класса, то на занятиях по го им был Хай Минъюэ.