Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 174 – Баобэй Мэйжэнь

— Как скучно, – холодно произнес дракон. – Убожество.

Хэ Цзибай и Хай Минъюэ остались один на один с Покровителем Севера. Переглянувшись, они обменялись кивками и ринулись в бой сообща, нападая с противоположных сторон. Но дракон не шелохнулся, только лязги мечей раздавались вокруг него. Хай Минъюэ выпустил яркую вспышку заклинания, чтобы на секунду ослепить дракона, но в тот же момент, когда он ринулся атаковать, Хэ Цзибай упал на одно колено, и меч Сюэ-ди оказался над его головой.

Хай Минъюэ молниеносно оказался перед ним, его меч заблокировал атаку. Мощнейший выброс ци сотряс лезвие меча, и послышался треск. Хай Минъюэ успел оттолкнуть Хэ Цзибая в сторону прежде, чем его меч Большое Сердце разлетелся на множество осколков. Юноша приземлился в нескольких шагах от Сюэ-ди, его правая рука содрогнулась от ударной волны и выронила сломанную рукоять. Связь с духом меча оборвалась, и сердце Хай Минъюэ болезненно кольнуло так, что он не мог сделать и вдоха.

Хэ Цзибай решительно произнес:

— Шисюн, я достану Путь сердца, я смогу!

— Нет! – сквозь боль выкрикнул Хай Минъюэ, но мальчишка уже исчез во мраке. – Берегись!

В тот момент он был готов умереть ради спасения младшего брата.

В отчаянии он запустил левую руку в рукав и обнажил ржавый меч, чтобы защитить мальчика от невидимой атаки Сюэ-ди, и едва его ци проникла в рукоять, как яркая голубая вспышка озарила всю арену. Меч охватили потоки энергии, словно морская воронка или голубое пламя. В следующий миг из меча вырвались потоки воды и создали призрачный силуэт мужчины. Его голос эхом прозвучал в голове Хай Минъюэ:

«Ради мира во всем мире я одолжу тебе свою силу».

Лица мужчины не было видно, оно было словно отражение лунного света на черной глади. Незнакомец был облачен в белые призрачные одежды, стянутые на талии розовым поясом, и носил простую шпильку из персикового дерева.

В ту же секунду ржавое лезвие меча стало чистым и зеркальным, как только что отполированный клинок, выкованный божеством.

Хай Минъюэ направил божественный меч на Сюэ-ди, влив в рукоять всю свою духовную силу, призрачный мужчина рассеялся в воздухе, и на дракона обрушился мощнейший поток воды, который полностью парализовал его на несколько мгновений.

Этого времени хватило на то, чтобы Хэ Цзибай оказался подле дракона и сорвал жетон с его пояса.

— Он у меня, шисюн!

Хай Минъюэ с трудом контролировал божественный меч, который высосал из него всю силу, чтобы превратить ее в водную стихию. Потоки воды иссякли вместе с его духовной силой, и юноша упал на колени. Все его тело было охвачено тупой болью, словно табун лошадей проскакал по нему.

Силуэт дракона рассеялся в воздухе, и арена озарилась дневным светом. Хай Минъюэ вонзил лезвие в пол, чтобы опереться на него, его голова сильно кружилась. Его зрение расплывалось, но он сумел различить силуэт юноши, кинувшегося к нему из толпы. Чьи-то руки поддержали его, его холодный лоб столкнулся с теплым плечом.

— Минъюэ, – раздался голос Ши Хао над его ухом. – Минъюэ.

Его обеспокоенный голос, звучащий эхом в ушах, и теплые руки, ласкающие замерзшие щеки, погрузили Хай Минъюэ в крепкий сон.

Когда Хай Минъюэ открыл глаза, он уже находился в своей комнате в Павильоне Мэйхуа, тусклый дневной свет проникал сквозь плотные ставни, но в комнате все равно горели свечи. У его постели сидела женщина с холодным выражением лица, облаченная в черные одежды. Это была молчаливая жена Цянь Сяна.