Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 72 – Баобэй Мэйжэнь

* * *

Он проснулся, когда солнце уже ярко освещало зеленую листву над его головой. Он оказался совсем в ином месте – в каком-то лесном шалаше, где было довольно уютно и мягко, даже на голой земле. Чья-то тяжелая черная накидка укрывала его, как одеяло, а в воздухе витал нежный запах готовящегося на костре мяса. Чэнь Тай, переживший уже столько приключений, насторожился и робко выглянул из шалаша.

Сразу же ему на глаза попался Цин Фэн, сидящий перед костром и покручивающий какое-то бедное ободранное животное на вертеле. К ветке дерева за ним был привязан конь, нагруженный вещами. Юноша тут же поднял взгляд и лучезарно улыбнулся.

— Наконец-то ты проснулся. Кролик уже как раз почти готов.

Чэнь Тай неловко вылез из-под крыши и приблизился к огню.

— Ты… притащил меня сюда? О, тебе не нужно было этого делать.

— Извини, я не мог построить шалаш вокруг тебя, когда ты потерял сознание прямо на могилах, – посмеялся Цин Фэн. – Оставлять тебя там было бесчеловечно, в лесу кого только не встретишь, и разбойники здесь меньшее из зол.

Чэнь Тай был так тронут добротой юноши, что никак не мог перестать его благодарить. Цин Фэн, однако, не соглашался с ним и почему-то убеждал его в том, что на самом деле он ужасный человек. В конце концов он устал слушать благодарности и, сняв кролика с огня, протянул Чэнь Таю:

— Полно болтать, ешь лучше.

Чэнь Тай ужаснулся, когда изуродованное жареное животное оказалось перед его носом, и воскликнул:

— Я не могу есть мертвых животных! У меня… сердце разрывается при мысли о том, что он недавно был маленьким пушистым кроликом, живущим своей тихой жизнью, а его безжалостно убили, чтобы наслаждаться его мясом. К тому же обеты жрецов разрешают употреблять только растительную пищу.

Цин Фэн смерил его непонимающим, но не осуждающим взглядом и забрал кролика себе.

— К сожалению, не могу разделить твоих возвышенных помыслов, – сказал он. – Прости меня, если то, что я сейчас обглодаю этого кролика до костей, заденет твои чувства. Но все же тебе нужно поесть: судя по твоему виду, ты питался одним воздухом и утренней росой последние недели две. Поищи в моих мешках на коне парочку маньтоу для себя. Они не первой свежести, но вполне съедобные, а это более чем достаточно.

Юноша был доброжелательным и заботливым, и это тронуло Чэнь Тая, который привык видеть в людях только хорошее, а на плохое не обращать внимания, надеясь, что добро в итоге победит зло в человеческом сердце. Он сделал, как было сказано, и вскоре уплетал маньтоу, сидя у костра с новым другом.

Между юношами сразу завязалась дружба. С Цин Фэном было легко и приятно общаться, он за словом в карман не лез и мог поддержать любую бытовую тему. Его фениксовые глаза красиво блестели, и в целом он обладал такой притягательной внешностью, которая располагает к себе и порой даже завораживает. Однако Чэнь Тай замечал, что что-то под этой непринужденностью гложет юношу, точно нерассказанная трагедия, тревожащая его душу как старая рана.

Чэнь Тай узнал, что юноша путешествовал в поисках заработка и умел практически все – управлять лошадьми, ковать оружие, стрелять из лука, фехтовать, вычислять сложные примеры в голове, владел обширными познаниями в строительстве, военном деле, виноделии, архитектуре, поэзии, и только одна вещь была его огромной слабостью.