Книга Дорога в грядущее, страница 148 – Валерий Гуминский

— Да, верно, — почувствовал раздражение на самого себя Велимир. — А я потом сдуру твой номер стёр. Хотя… у нас нет никаких точек соприкосновения, чтобы периодически названивать друг другу.

— Теперь появилась, — белозубо улыбнулся волхв. — У меня правило: не удалять контакты врагов и соперников. Мало ли, вдруг они однажды станут союзниками.

— А кем ты считаешь меня? — стало любопытно Шереметеву.

— Нейтралом, — усмехнулся Никита. — Не могу понять твою стратегию, удивляюсь, что не ищешь точек соприкосновения с другими сильными Родами. Да, иметь в союзниках Волынских — сильная позиция. Только времена другие настают. Вот ты всерьёз заинтересовался личным проектом. Яхт-клуб хочешь построить, заниматься им, развивать бизнес. Для этого нужен иной круг общения, где клановая система не в почёте.

— А что же тогда в почёте? — Велимир уже хотел выйти из машины, но застыл, сжимая ручку двери.

— Альянсы и корпорации на основе взаимной выгоды.

— Но ведь ты сам тяготеешь к клановой основе, — справедливо заметил княжич. — Принимаешь клятву у своих вассалов, что противоречит основам альянса.

— К сожалению, а может — и к счастью, родовая клятва считается самым крепким фундаментом, скрепляющим тысячи людей в монолит. А ядро — это Род. Мне кажется, ты движешься в этом направлении.

— Не искушай врага своего, — усмехнулся Велимир и решительно открыл дверь, чтобы прекратить ментальное воздействие со стороны Назарова. Справедливости ради, вологодский барон не применял магических фокусов, а говорил от чистого сердца. Над этим стоило подумать.

Он дождался, когда Никита выйдет следом из машины, и спросил:

— Что ты сейчас планируешь?

— Пока только то, о чём тебе и говорил. Буду разрабатывать Гринцевича. Телефон не отключай. Ты мне можешь понадобиться в любое время суток.

Они посмотрели друг на друга, суховато кивнули на прощание — и разошлись. Велимир услышал краем уха, как один из телохранителей Назарова отзывал каких-то «призраков» на исходную, и впервые в его душе ворохнулась не злость вперемешку с ненавистью, а зависть к человеку, сумевшему подняться на ноги, не имея никакой поддержки. Говорят, близость к императорской семье помогла Никите? Чушь! Если бы так и было, то этот парень уже давно купался бы в роскоши, а не прозябал в провинциальной дыре. Единственное, чем ему помогли Меньшиковы — дали разрешение на создание клана. Да только и здесь кроются подводные камни. Поднимать клан из пепла, когда за плечами нет родственников, друзей и единомышленников — такое себе счастье. Вот и выкручивается Назаров, как только может.

«А ведь он хорошо просчитал меня, подумал Велимир, направляясь в клуб. Я сам не знаю, каким путём идти дальше. Маятник застыл в нейтральном положении, и куда он качнётся, зависит только от меня самого».

Княжич вернулся за стол, где его появление друзья встретили гулом голосов, дескать, ну где ты ходишь, веселье в самом разгаре. Аня, Милана и Людмила убежали на танцпол, как только услышали бодрые музыкальные ритмы. А Велимир внимательно поглядел на Бориса, но решил пока отложить все вопросы на потом. Гораздо важнее для него сейчас была позиция Азата Урусова. Захочет ли он расширить сотрудничество после ввода в строй яхт-клуба? От этого зависело, в какую сторону качнётся застывший в нижней позиции маятник.