Книга Дорога в грядущее, страница 219 – Валерий Гуминский

— Значит, нам нужно снять защиту? — цесаревич потянул руку к подбородку, но тут же её отдёрнул, сжимая пальцы в кулак.

— Придётся, — жёстко ответил Никита. — Я бы тоже с радостью отказался от затеи, но безопасность державы превыше личных переживаний.

— Трудно с тобой спорить, — улыбнулся Владислав. — Итак, что предпримем? Предложим императору снять защиту на пару минут? Сколько, кстати, времени понадобится Шару для взрыва?

— Скажу точно, что не сразу он взрывается, — задумался Никита. — Тот, кто должен активировать артефакт, должен знать не только код, но и язык, на котором он записан. Активация запускает процесс разрушения. Накопление энергии идёт две-три минуты. Диверсанту хватит времени уйти.

— И нам, — кивнул Меньшиков.

— И нам, — подтвердил Никита.

— Пойдём искать императора, — решительно заявил Владислав. — Ты обрисуешь ему ситуацию. Думаю, часть пассажиров можно уже сейчас эвакуировать.

— Нет, слишком рано. Нельзя давать исполнителю даже малейший шанс догадаться, что мыши убегают из клетки.

Цесаревич рассмеялся, глядя уже веселее, чем пару минут назад, и потянул за собой Никиту с такой решимостью, что тому ничего другого не оставалось, как присоединиться к поискам императора. К их облегчению государь не ушёл отдыхать от весёлой суеты, а спокойно посиживал за одним из столиков вместе с Константином Михайловичем и графом Возницыным, попивая коньяк. Генерал Житин остался на берегу, чтобы руководить операцией по задержанию диверсионной группы.

— Отец, я хочу кое-что сказать, — решительно проговорил Владислав, застыв возле стола.

Мужчины тут же напряглись. Они тоже находились в боевом состоянии, подобно гитарным струнам, натянутым до такой степени, что коснись их — со звоном лопнут.

— Присаживайтесь, господа, — кивнул император. — Разрешаю говорить кратко, быстро, но по существу.

И цесаревич действительно уложился в несколько фраз, сначала описав проблему, которая мешала диверсанту активировать бомбу, после чего предложил, каким образом разрешить ситуацию. Меньшиковы переглянулись между собой, а граф Возницын задумчиво постукивал пальцами по столу.

— Надо объявить гостям, что их ожидает, — вдруг сказал Константин Михайлович. — А после этого потихоньку начинать эвакуацию. Пока одну-две группы отправить в «Воронье», остальные будут создавать видимость продолжающегося праздника. Снимаем защиту, даём британцу активировать взрывчатку. Пусть уходит. Там Самуил Петрович только и ждёт, когда крысы в ловушке окажутся.

— А вдруг диверсант выберет другой путь? И мы зря будем ждать его в свои объятия? — усмехнулся Владислав.

— Нет, — покачал головой Никита. — Полевой портал жёстко привязан к двум маячкам. Враг уйдёт туда, откуда идёт принимающий сигнал. В данном случае — на даче. Если только напарница не убежит оттуда.

— Что думаете, Фёдор Ильич? — Александр внимательно выслушал брата, сына и барона Назарова, но своего мнения пока не озвучивал.

— Я сначала понять не мог, почему враг тянет время, — Возницын откинулся на спинку стула. — Но молодые люди всё разъяснили. Думаю, мы должны сами ускорить события до наступления темноты. Что-то мне не по себе, сидя на пороховой бочке.

— Мнение цесаревича спрашивать не стану, — взгляд императора отяжелел, когда он скользнул по оживлённым гостям, потянувшимся к своим столам. — Он сам его высказал. Что ты думаешь, Никита Анатольевич?