Книга Вик Разрушитель 12, страница 248 – Валерий Гуминский

— Ты стал моим врагом, Мамонов, — Лукомский чуть ли не ткнул меня в грудь пальцем. — А могли бы неплохо поладить. Поверь, бабы не стоят того, чтобы серьёзные мужчины друг друга рвали на лоскуты.

Он развернулся и зашагал к «Сенатору» с такой решимостью, что мне стало понятно: этот человек останется при своём мнении и продолжит жить так, как ему нравится.

— Я не понял, Витя, ты хочешь избавиться от блокады или нет? — крикнул я ему в спину.

Остановившись перед распахнувшейся перед ним дверцей автомобиля, Лукомский с нескрываемой злостью бросил:

— Отвали, Мамонов. Я никогда не лебезил перед бабами и не выпрашивал прощения. Лучше сдохну…

Он нырнул в салон «Сенатора». Захлопали дверцы, свитские и телохранители расселись по машинам и через пару минут площадка перед усадьбой опустела. Мои парни расслабились.

— Не, не захочет сдохнуть, — послышался за спиной голос Петровича, незаметно подобравшегося ко мне. — Идиот упрямый… Извини, княжич, что так нелестно отзываюсь об аристократе…

— Хотя бы собственная гордость у него присутствует, пусть и гипертрофированная, — усмехнулся я и неторопливо направился к дому. Заодно разомнусь. А то много стал свою задницу на мягком кресле возить.

Петрович пристроился рядом. Охрана закрыла ворота, на улице наступила тишина. Очень интересные у меня соседи. Какой раз возникают мысли, как бы с ними со всеми познакомиться поближе. Вечеринку устроить, что ли? Но без хозяйки дома подобное мероприятие будет выглядеть дурным тоном. Как мне удалось выяснить, на нашей улице практически нет молодых людей моего возраста. Или ещё сопливые пацаны и девчонки, или старше лет на десять.

— Что по закупкам? — отбрасывая пока неактуальные мысли, спросил Сыча.

— Ездили на базу, смотрели внедорожник. Решили внести некоторые изменения в конструкцию, — доложил комендант.

— Что за изменения?

— Пулемётную турель заказали сварганить, — удивил меня Петрович. — Ну и люк вырезать в крыше.

— Всё-таки думаешь, что пригодится?

— Хочешь мира — готовься к войне, — пожал плечами мой «советник». — Да, чуть не забыл. Казаков просил передать.

Он достал из кармашка камуфляжной куртки листок бумаги и отдал мне. Я остановился посреди дороги и развернул его. Хмыкнул. Это были номера телефонов, которые я просил Виктора Олеговича проверить и узнать, кто звонил и ради чего. Три из них принадлежали компаниям, изготовляющим различные электронные компоненты для бронекостюмов. Эти ушлые ребята где-то ведь раздобыли мой номер, и теперь пытались всеми правдами и неправдами попытаются заключить контракты на поставку оборудования. Рукой Казакова к каждому номеру была сделана приписка, навроде: «плохое качество продукции, незачем даже соглашаться», или «стоит подумать», а то и «вариант неплохой, хоть и маленькое предприятие, но репутация на рынке хорошая». Остальные телефоны, чуть ли не с десяток, оказались связаны с прессой.

— Надо князя Елецкого спросить, откуда утечка идёт, — проворчал я. Ладно, журналисты, у них свои каналы, по которым они узнали мой номер, который, кстати, в общих социальных сетях скрыт. А вот поставщики — это серьёзный сигнал для внутренней службы безопасности проверить персонал администрации. Ещё толком работать не начали, а уже «течёт». У поставщиков есть телефоны, по которым они и общаются с представителями «Бастиона». — Что-то ещё?