Книга Симбионт, страница 163 – Валерий Гуминский

— Не суть важно, — отмахнулся Василий Петрович. — Девку эту надо аккуратно доставить сюда, на Лесные Дачи. Не в мой городской особняк, а сюда…

— Да, я понял, хозяин, — кивнул Аскольд и машинально схватился за чашку с зелёным чаем, и даже отхлебнул из него. Остывший напиток ему понравился куда больше. — Будем приманивать мальчишку? А если он махнёт на неё рукой? Раз подарил безделушку, значит, их отношения закончены.

— Не махнёт, — уверенно ответил Татищев, оскалившись. — Как только узнает, что девушка в опасности, сразу же прибежит. Сопляк он ещё, не зачерствел сердцем. Нужно провернуть это дело как можно быстрее, пока Дружинин не уехал в Уральск. Сколько времени понадобится для планирования и осуществления акции?

— Завтра она будет здесь, — уверенно ответил Аскольд.

— Хорошо, — расслабился Татищев. Советник словами не раскидывался, а значит, нужно подготовиться для встречи Дружинина. Мало его задержать и спрятать так, чтобы папаша-магнат не догадался, нужно ещё и самолёт наготове держать, чтобы сразу переправить мальчишку в Москву. — И не забудь перевести охрану особняка в боевой режим. Не думаю, что Сашка Дружинин на меня войной пойдёт, если догадается, кто его сынка похитил, но осторожность соблюсти стоит.

— У Дружининых восемьдесят человек в боевом крыле Рода, — напомнил Аскольд.

— А у нас сто двадцать, — фыркнул Татищев. — Сколько из них модифицированы?

— Шестеро.

— В таком случае троих пришли сюда, а остальных оставь в городе. Думаю, этих сил хватит для отражения атаки.

— Да, хозяин, — советник встал и поклонился, прежде чем уйти. — В случае активного сопротивления клиента что делать?

— Убей его, голову доставь мне, — холодно произнёс граф. — Голова — вот что самое главное. Живой мальчишка, конечно, тоже имеет значение, поэтому старайтесь без оголтелости. Ликвидировать только в самом критическом случае, если почувствуете угрозу своей жизни.

— Теперь предельно ясно, — Аскольд воспринял приказ без эмоций, ещё раз обозначил уважительный поклон и оставил графа сидеть в одиночестве и глубоком раздумье, а сам с великаном отправился выполнять задание.

Лань на цепи

Лизу до сих пор потряхивало от произошедшего, хотя прошло два дня после того, как на них напали какие-то жуткие люди и едва не убили; но больше всего её неприятно поразило преображение Миши, сумевшего в одиночку застрелить четверых взрослых мужчин. Как ему это удалось, девушка не видела, она сидела в чугунной ванне, поджав под себя колени, и дрожала от страха. В одночасье ласковый и добрый юноша превратился в кровавого убийцу. Нет, она понимала, что Миша защищал и её, и самого себя, но гаденькая мысль об одинаковости всех аристократов, как из новых, так и из старых, которые без долгих раздумий и рефлексий могут убить человека, стала разъедать мозг.

После того, как им удалось выскользнуть из ставшего опасным отеля, она вдруг вспомнила о происшествии в ресторане, когда Михаил появился за столом бледный и какой-то растерянный, на себя не похожий. «А ведь тех людей убил тоже он, рассеянно слушая наставления молодого человека, спокойно ехавшего по ночному городу, подумала Лиза. — Только странно, почему полиция ещё тогда не арестовала его. Доказательств хватало. Пистолет, которым Дружинин пользовался, камеры видеонаблюдения и свидетели — кто-то же мог указать на него. И тем не менее после всего Миша без проблем уезжает в Уральск».