Книга Симбионт, страница 214 – Валерий Гуминский

«Умный, стервец, — с одобрением сказал Михаил. — Это правильно, что ты рассказал ему. Рано или поздно он бы докопался до истины и обиделся бы на тебя за молчание».

Я это понимал и мысленно согласился с Субботиным.

— Слушай, брат, я сам не понимаю, как это происходит, — пиво приятно охлаждает горло. — Накатывает неожиданно, мне остаётся только плыть по течению. Главное, не вмешиваться в процесс. Тело как бы само действует, но потом не очень приятные ощущения в мышцах и связках. Вот, к примеру, ты никогда дрова не рубил, но в какой-то момент некто взял на себя управление твоим телом. А когда ты очнулся, то почувствовал, как всё болит и ломит. Потому я и начал отдельно заниматься растяжкой, чтобы мышцы были эластичными.

— Память крови, — неожиданно сказал Ванька. — Я где-то читал, что у клонов может проснуться родовая память.

— Бред, — отмахнулся я. — Откуда у бездушного, выращенного в пробирке тела, вдруг появляется память?

— Не скажи, — оживился Дубенский и возбуждённо махнул рукой, в которой держал бутылку. — Клон выращивают из клеток человека, которому он предназначен после рекуперации. А в клетках содержится вся генетическая цепочка предков. Наверное, у тебя проснулся этот самый ген.

— И кто у меня самый крутой предок? — усмехнулся я. — Помню только родоначальника — Фёдора Дружинина, который в конце девятнадцатого века поднялся из крестьян в купцы. Значит, не было никакого воина в роду. Да и как объяснить навыки современного боя? Это явно не из казацкого спаса, славянской борьбы, боливака или айкидо. Это что-то другое, из арсенала спецподразделений современной армии.

— Да, точно, — Ванька озадаченно почесал затылок. — А знаешь, Миха, так даже лучше. Я бы не отказался от такого подарка. Не прощу тебе, если ты отдашь артефакт графу.

— Не переживай, мне он самому пригодится, — усмехнулся я. — Но предупреждаю тебя: теперь нам нужно глядеть в оба. Всё интересное только началось.

О, женщины, коварство — имя вам!

— Алла, скажи мне, пожалуйста, ну зачем тебе этот Дружинин? — вздохнул Вадим, когда просмотрел запись драки, умело сделанную Гришей Сурковым, её одногруппником по университету. Миниатюрная видеокамера, вмонтированная в пуговицу куртки, давала неплохую картинку, несмотря на слабое освещение. — Что ты в нём нашла такого?

— Хочу разобраться, что в нём не так, — закинув ногу на ногу, Алла поставила запись на паузу, где несколько человек валялись на земле и корчились от боли. — Понимаешь, братик, не может такого быть, чтобы внезапно из тюфяка получился боец. Ты же сам видел, как он раскидал эту кодлу. Я Батыру целую тысячу заплатила за спектакль, даже учла возможные травмы его дружков! Но такого не ожидала! В одиночку пойти против дюжины вооружённых заточками и ножами гопников, это же какую смелость и решительность надо иметь!

— Или отбитую наглухо башку, — заявил Вадим. — Если отец узнает, чем ты занимаешься, я не смогу тебя прикрыть.

— Тебе самому не интересно? — возмущённо воскликнула девушка, и даже подалась вперёд, вцепившись накрашенными ноготками в подлокотники кресла. — Я разговаривала со знакомыми ребятами из Оренбурга, и все как один твердили: Михаил погиб в аварии. Значит, он получил тело клона! Но откуда у него навыки профессионального бойца⁉ Ты сам сказал, что такое могут сотворить только обученные для спецопераций люди. Ну или особые полицейские подразделения.