Книга Время воина, страница 219 – Валерий Гуминский

И тем не менее, заметив, что молодой светловолосый человек проявляет к ней интерес, она улыбнулась, бочком приткнулась к стойке и попросила официанта сделать ей «Араго» с шоколадной крошкой.

— Я не торгую местами, присоединяйтесь, — запоздало ответил Никита, срисовывая каждую мелочь, которая могла идентифицировать соседку.

Золотое кольцо с изумрудом посверкивает на безымянном пальце левой руки, на правой — изящный перстень без анаграммы. Магия в них присутствует, но скорее, в качестве психологического спокойствия. Против сильной ментальной атаки или боевого плетения выдержит минуту, не больше. Цвета рода, по которым можно хоть как-то определить принадлежность, отсутствуют. Даже симпатично приталенное платье из тонкой ткани, изящно облегающей великолепную фигуру, не несет в себе никакой информации. Золотая маска? Чьи это цвета? Пожалуй, можно с натяжкой признать, что в гербе Волынских они есть. Махаоны? Вряд ли бабочки укажут на правильный ответ. А вот ауру, имеющую все признаки обладателя «воздушной» Стихии, стоит изучить. Чей род в Петербурге пестует Воздух?

— Пытаетесь меня изучить по косвенным признакам? — обхватив трубочку сочными губами, подкрашенными золотистой помадой, поинтересовалась незнакомка. — Выяснили что-нибудь? Вижу по загоревшим глазам, нашли брешь в защите. Мне просто интересно, где облажалась.

Никита хмыкнул. Нарочитая вульгарность тоже входила в арсенал хитростей, призванных сбить с толку.

— Прекрасная незнакомка назовет свое имя? — отпив из бокала, поинтересовался он. — Или вы здесь инкогнито?

— Зовите меня Мартой, — красиво очерченные губы дрогнули, обнажая белоснежные зубы.

— Тогда я сеньор Джакетти, — придав голосу серьезности, ответил Никита.

— О, неожиданно! Вы из самого Рима? — подхватила игру Марта, неуловимо поведя плечами, отчего аппетитные полушария груди, наполовину открытые, сразу зажили самостоятельно, будоража фантазии.

— Представьте себе, нет, — улыбнулся волхв, лихорадочно вспоминая, кому из столичных аристо подвластен Воздух. — Я коренной… петербуржец.

Он сознательно дал ложную информацию. Пусть девица поломает голову.

Марта кивнула, принимая ответ, но сама не стала продолжать эту тему, а повторила вопрос:

— Так что вы скажете насчет моей защиты? Я заметила, как вы пытаетесь осмыслить свои наблюдения. Причем, как только я подошла сюда!

— Аура плохо закрыта, — Никита чуть-чуть посторонился, давая какому-то парню, требующему бренди, протиснуться к бару. И оказался в волнующей близости от Марты, пахнущей какими-то незнакомыми, но приятными духами. — По ней опытный волхв выяснит вашу стихийную направленность и сделает необходимые выводы.

— Черт! — от огорчения Марта излишне резко втянула в себя излишне много коктейля, закашлялась, прикрывая рот ладонью. В ее глазах, спрятанных в глубине маски, блеснули слезы. — Говорила же я, кхе-кхе, чтобы проверили на десять рядов аурную защиту! Как чувствовала!

Она глубоко вздохнула, успокаиваясь.

— Сударь, что вы на меня пялитесь? Если вам понравилась моя грудь, это не значит, что нужно так откровенно поедать ее глазами!

Никита не сразу понял, что возмущенный возглас Марты предназначался парню, хотевшему бренди. Он уже успел ополовинить стакан, и теперь излишне внимательно поглядывал на девушку через плечо Никиты.