Книга Князь Гиперборейский, страница 143 – Валерий Гуминский

— Вы желаете уехать именно отсюда? А вы не учли тот факт, что в Новохолмогорске нет международного аэропорта?

— Не старайтесь выпячивать свою глупость, она вам совершенно не идет, — сердито оборвал его Котез. — Естественно, я знаю, что Новохолмогорск только для внутренних рейсов. Но отсюда есть рейсы в Колу, откуда можно уйти за границу несколькими путями. Поэтому, Энрике, постарайтесь разузнать, когда туда будет рейс, приобретете четыре билета.

— То есть вы не один сейчас?

— Одному, конечно, куда спокойнее разгуливать по темным русским улицам, — съязвил инквизитор. — Конечно, со мной преданные мне люди, которые всегда прикроют спину.

«Или ударят в нее, когда сочтут нужным», — едва не сорвалось с языка Энрике, отчего хозяин торопливо вскочил и бросился на кухню, откуда появился через несколько минут с подносом, на котором стоял заварной чайничек, две чашки, розетка с нарезанным лимоном, печенье и конфеты.

Пока пили чай, Котез молчал, о чем-то сосредоточенно думая. Потом озвучил то, чего Энрике больше всего боялся.

— Я останусь у вас, дружище. Мне появляться в городе опасно. Думаю, после смерти Боргезе меня ищут с не меньшим энтузиазмом.

— Но кто мог убить Марцио?

— Вопрос неправильный. Кто мог заставить Марцио проглотить яд? Вот это более точная формулировка. И я знаю, кто. Поэтому мне очень важно, Энрике, побыстрее попасть в Рим, любыми путями. У меня предчувствие, что надвигается нечто страшное.

— Четыре билета до Колы первым же рейсом, — уточнил хозяин квартиры, затолкал пальцы под помочи и поднялся с дивана. — Я все понял, сеньор Котез. Подождите минутку.

Он вышел в коридор и стал кому-то звонить. С легким акцентом и рассыпающимся в извинениях голосом поинтересовался, когда рейс до Колы.

— Послезавтра в полдень, никак не раньше, — развел он руками, вернувшись к своей чашке с чаем.

— Не очень удачно, — досадливо поморщился комиссар. — Почему-то рассчитывал на завтра. Интуиция иногда не срабатывает.

— Просто никуда завтра не выходите, чтобы лишний раз не дразнить судьбу, — посоветовал Энрике. — Я сам все сделаю. Мне только документы нужны на всю вашу группу.

— Утром возле дома будет стоять «рено-соболь» темно-синего цвета, — подсказал Котез, развалившись в кресле. Коньяк и горячий чай расслабили его, захотелось лечь в чистую постель и как следует выспаться за все эти дни, пока он драпал из Мезени — да, драпал, иначе и не назвать позорное бегство из небольшого городка, где, казалось, все жители подготовились к какому-то сражению. Как же он вовремя сообразил, что ждали именно его боевую группу, и дал отбой операции! Тем самым спас свою капитулу от разгрома. — Поедешь вместе с людьми, которые там будут. Они за тобой заодно и присмотрят, чтобы глупостей не наделал. А теперь я хотел бы поспать.

Энрике покорно собрал на поднос посуду и отнес на кухню. Комиссару он постелил на диване в гостиной, погасил свет и ушел в свою комнату. Доменико Котез, вопреки желанию организма погрузиться в сон, размышлял в темноте.

Во-первых, он почему-то не доверял Энрике Хименесу, резиденту испанского отделения Инквизиции, сидевшему в холодном русском городе в качестве некоего куратора, обеспечивавшего переброску и эвакуацию братьев в случае форс-мажорных обстоятельств. Не доверял из-за своей пресловутой интуиции, которая иногда попадала в цель, а иногда пролетала мимо мишени как стрела, пущенная неумелой рукой лучника. А вот сейчас все вопило, что Хименес может играть на две или даже три стороны. Здесь вотчина ИСБ, не говоря уже о большой диаспоре англичан. Инквизицию обе силы не любили.