Книга Путь воина, страница 11 – Валерий Гуминский

«Похоже, Рустам использует элементы бокатора и муай тай, — отстраненно подумал Никита, уйдя в глухую защиту, изредка левыми или правыми скрутами срывая атаки. — Ничего необычного я не увидел, но за счет резкости и довольно агрессивного движения может легко одолеть менее опытного противника. Хорошо работает».

И все-таки парень исхитрился схватить Никиту за левое плечо и рванул на себя, одновременно нанося удар раскрытой ладонью в подбородок. В плотном контактном бою он гарантированно покалечил бы противника, но Никита как раз в этот момент шагнул назад, увлекая Рустама за собой, перехватывая ударную руку.

— А-аах! — Рустам согнулся от боли и пошел по кругу против часовой стрелки, увлекаемый волхвом, и через мгновение был выкинут с полянки. Просеменив несколько шагов, он растянулся на земле, упруго вскочил и нанес, не глядя, удар пяткой, почувствовав приближение Никиты. Такой ошибки барон Назаров не простил. Цепкий захват за лодыжку, жесткое выворачивание — и Рустам падает на спину, что равносильно поражению.

— Таксир Никита! — Рустам легко вскочил на ноги, словно и не было двух болевых захватов и падения, и наклонившись, приложил ладонь к сердцу. — Благодарю за урок!

— А ты молодец, — Никита пожал ему руку. — Темп мощный взял, чтобы ошеломить и сразу раздавить противника?

— Обычно удавалось, — усмехнулся личник. — С вами такой фокус не прошел. Невероятная быстрота и устойчивость — такое я видел только у Джанибека, наследника бухарского эмира.

— Не встречался, не знаю, на что он способен, — задумчиво произнес Никита и показал жестом Семену, чтобы начинал отложенную тренировку, а сам пошел к раскладному стульчику, где лежала его спортивная одежда и телефон. Посмотрел на экран и хмыкнул. Видимо, в азарте боя не услышал, что было несколько звонков. И все от Хованского. Значит, случилось что-то неординарное, раз следователь не оставляет попыток дозвониться до него.

— Добрый день, Анислав Радиславич! — он сел на стульчик подальше от увлеченно возящих друг друга бойцов. — Прошу извинить, что не сразу ответил. Неужели клюнула рыбка?

— Клюнула, да еще какая, — глуховато откликнулся Хованский. — Сегодня на Гутуевском острове было открытие спортивного комплекса. Наш цесаревич по плану поехал туда вместе с двойником Софьи. Мы уже, если честно, рукой махнули на эту затею. Не перестраховались ли мы излишне? А тут раз — и выскочила наша рыбка! Гаденыш играючи смел две защитных линии, раскидал оцепление из здоровых мужиков. Сам-то хилый, долговязый…

— Взяли? — Никита прервал словоизлияния следователя. Что-то он не похож на себя, разговорчив не в меру.

— Увы, Никита Анатольевич. Твоя восточная красавица пополнила свой убийственный счет. Сломала парню шею таким же ударом, как в случае с Каразиным.

— И не было никаких шансов взять его живым? — ничуть не удивился услышанному Никита. Он даже вздохнул с облегчением, потому что понимал какую грозную силу представляла рунная магия в виде татуировки на теле.

— Анора сказала, что от студента веяло жуткой, просто запредельной силой. Я, к сожалению, поддался общему настроению и не находился рядом с цесаревичем и волхвами из охранения, — сокрушался Хованский. — Решил среди зевак походить, почувствовать, так сказать, нерв сборища. А когда колыхнуло в воздухе, сразу понял, но не успел. Там уже был плотный контакт, побоялся навредить девочке.