Книга Путь воина, страница 178 – Валерий Гуминский

Никита пока ничего не говорил, отслеживая реакцию офицеров. Ни один из них не стал возражать говорившему. А вот князь Тарковский был другого мнения; его поджатые губы говорили о желании покончить с мятежом одним ударом и не разводить лишних сантиментов.

— А вам не кажется, господа, что послание японского дайме попахивает ловушкой? — Абу-Хан обвел взглядом сидящих.

— И какая цель у нее? — пожал плечами Одоевский. — Одно дело, если бы он настаивал, что в нападении на дворец Всеслава должен участвовать Великий князь — тогда логика сего требования понятна. Нет, здесь как раз замысел Китамуро понятен. Ему надо спасать дочь, и самый лучший способ вывести из-под удара Хранительницу — ударить Всеславу в спину.

— А что скажет посланник? — поинтересовался Никита. — Не кажется ли преждевременным обсуждение операции при постороннем человеке?

— Я находился при княжиче Даниле с его малых лет, — Рябов поиграл желваками. — Могу сказать наверняка, что он сразу отказался поддерживать своего отца в мятеже, как и многие слуги Данилы Всеславича. У Великого князя в Ярославле есть поддержка.

— Она слишком слаба, чтобы учитывать ее при операции, — проворчал Одоевский.

— Вы готовы помочь нам пробраться во дворец наместника? — Никита почувствовал, как сейчас появляется незримый шанс обезглавить мятеж.

— Готов, — твердо произнес мужчина. — Только сразу хочу предупредить: большая группа обязательно привлечет внимание.

— Вы что же, предлагаете идти втроем-вчетвером? — усмехнулся седоусый офицер. — Там работа для осназа.

— Аэролеты с десантом не пропустят, — парировал Рябов. — Противовоздушная оборона выстроена великолепно. Да и маги-воздушники ссадят любую цель на землю. Блокпосты вокруг Ярославля перекрывают самые перспективные направления для проникновения диверсионных групп. Плюс к этому магические ловушки рассыпаны чуть ли не каждой лесной просеке, на каждой мало-мальски проходимой дороге. Я могу провести, максимум, троих. Нужные тропки мне известны. В город пройдем точно.

— А что сделают три человека в окружении целой гвардии, охраняющей князя Всеслава? — скептически поджал губы Одоевский.

— Три боевых мага, настоящих, а не теоретиков, способны дезориентировать и посеять панику, — уверенно ответил Рябов. — К тому же не забывайте о гвардейцах Китамуро, которых там с полсотни. А это уже сила, как ни крути.

— Заманчиво, но в то же время весьма сильно пахнет авантюрой, — снова поджал в раздражении губы князь Тарковский и встретился взглядом с Никитой. Отрицательно помотал головой, словно прочитал его мысли. — Даже не пытайтесь, барон.

— Насколько насыщенной выглядит защита дворца? — проигнорировав Абу-Хана, поинтересовался Никита у Алексея. Ему смертельно надоели бесконечные совещания, на которых никто не мог сделать решительного шага. Будь Владимир посговорчивее, с Всеславом уже покончили бы в Угличе. А Никита захотел домой. Ощущение утекающего времени, в котором ему грезились какие-то проблемы, было очень явственным.

— Я не могу точно сказать, — Рябов оценивающим взглядом пробежался по Никите. — Среди магов Всеслава у меня, увы, нет знакомых. Но защитные контуры вокруг самого дворца достаточно насыщенны разнообразными заклинаниями. В крыле, где живет сам князь, степень защиты наивысочайшая.