Книга Охота за тенями, страница 122 – Валерий Гуминский

— Что ж, господин генерал, я вас выслушал. Хотелось бы узнать мнение полковника Аржевского, — Меньшиков закрыл папку с документами. — По легенде вы сотрудник ревизионной службы. Что могло заинтересовать Виорику Катаржи в финансовой системе Западного военного округа?

— Много чего интересного, Ваше Высочество, — Аржевский тоже осторожничал. — Например, выполнение мероприятий по обеспечению войск денежными средствами начинаются с финансового планирования. Вербовка человека, завязанного на денежных потоках, позволят вражеской разведке выяснить, какова степень боевой готовности войск, какие части вдруг начали получать дополнительное довольствие, не начинается ли развёртывание по штату военного времени. Наконец, появляется возможность шантажировать его, заставляя подрывать систему финансов того или иного подразделения, стоящего в приграничье.

— Хорошо, — кивнул Меньшиков. — А госпожа Катаржи каким-то образом проявляла интерес к вашей «службе»?

— Конечно, Ваше Высочество, — Аржевский позволил себе улыбнуться. — Дважды я как бы невзначай приносил к себе на квартиру портфель с документами, она очень тщательно всё сфотографировала.

— Вы сознательно давали ей копаться в документах? — голос Великого князя был подозрительно бесстрастен. — И почему девушка находилась у вас?

— Потому что она сама изъявляла желание ночевать у меня именно в те дни, когда я как бы невзначай говорил ей о ревизионных проверках, и сокрушался, что придётся поработать дома с документами. У Катаржи есть миниатюрный фотоаппарат, с помощью которого она делала снимки.

— На явочной квартире, а точнее — в кабинете полковника — установлена камера слежения, — сказал Дашков. — Всё зафиксировано, Ваше Высочество. Виорика Катаржи работает на врагов. Увы, это данность,

Ноздри Меньшикова раздулись в гневе.

— Надеюсь, документы фальшивые?

— Пятьдесят на пятьдесят, — признался Аржевский. — Чтобы не возникало подозрений, пришлось жертвовать частью истинной информации. Это всё согласовано с Петербургом.

— Хорошо, полковник, продолжайте разрабатывать Виорику, — Михаил Михайлович незаметно сжал пальцы в кулак, чуть ли не до хруста в суставах. Его колотила злость на самого себя, так глупо подставившего свою репутацию под удар. А он на братьев злился! — И постарайтесь не попасться на её природное очарование.

— Буду стараться, Ваше Высочество, — энергично кивнул офицер, разумно не встревая в полемику. Предупреждение Меньшикова было разумным, но не для контрразведчика, ведущего свою игру. Не поддаться очарованию девушки с огненным темпераментом и дикой красотой стало бы той глупостью, которая грозила провалить дело, если бы не одобрение сверху. Поэтому Аржевский, следуя совету генерала Дашкова, с удовольствием погрузился в пучину страсти, которая сжирала его уже несколько месяцев.

— Идите, господа, вы свободны, — махнул рукой Великий князь.

* * *

Вернувшись в особняк после вечерней прогулки по парку, Михаил закрылся в семейных апартаментах и стал медленно раздеваться, вслушиваясь в тишину, царящую за стенами. Анна с девочками до сих пор оставалась в Петербурге, желая встретить Коловорот и посетить Ассамблею. Поэтому Великий князь ожидал приезда жены с дочерями в середине января. Может, это и хорошо. Будет время выяснить отношения с Виорикой и навсегда закрыть позорную страничку его жизни. Пусть контрразведчики дальше сами «разрабатывают» её. Он упорно отбрасывал мысль, что из тех людей, с которыми его познакомила Катаржи, многие имели отношение к иностранным разведкам. Не хотел признавать, что встал на широкую дорогу предательства. Слишком высокой оказывалась цена восхождения к власти. Именно поэтому Меньшиков с большим облегчением воспринял ссылку в Явь-два. События с «ходячими бомбами» только убедили его, насколько серьёзно ему хотят помочь западные коллеги встать на путь предательства.