Книга Охота за тенями, страница 158 – Валерий Гуминский

— Не боишься, Петя, что тебе парк на брёвнышки раскатают? — поинтересовался Александр, разглядывая хорошо освещённую площадку, на которой топтался смелый, но глупый студент и расхаживал недовольный Апраксин.

— Меня уверили насчёт компенсации, — вежливо ответил Воронцов. — Давно пора часть деревьев спилить. Есть задумка голубые ели посадить. Целую аллею. Красиво будет.

— Лишь бы не поубивали гостей, — забеспокоился старший сын хозяина Андрей, помогавший отцу в организации Ассамблеи. — Там даже щиты не выставлены.

Пётр Алексеевич зыркнул на него недовольно, сам в душе переживая за происходящее. Не запретишь же людям развлекаться! Да и каждый из них сам может прикрыться стихийным доспехом, если что-то пойдёт не так.

— Вот и барон Назаров откуда-то появился, — хмыкнул император и обратился к оператору. — Дружок, дай крупный план… Ага. Вот стервец, идёт с таким видом, как будто рутину какую выполняет.

— В Петербурге против него могут выстоять лишь несколько человек, — негромко произнёс Воротынский, крупный мужчина с проседью и пышными усами.

Шереметев при этом болезненно поморщился и незаметно просунул ладонь под пиджак, чтобы растереть кольнувшую грудь. Любое упоминание о Назарове вызывало странную реакцию тела. Нервы шалят, что ли.

— Что же он придумал? — прошептал Воронцов-старший, покусывая некстати вылезший заусенец на большом пальце.

Всё, что произошло в течение пары-тройки минут, вызвало оторопь у мужчин. Но те, кто хоть раз стоял у дуэльного барьера, восхитились элегантным решением задачи. В Академию Иерархов не брали слабаков; каждый студент мог самостоятельно создавать нужные для себя компоненты защиты и нападения, ориентируясь на ранг и энергетический запас своего аурного контура. Так вот, Казарский не считался слабаком и делал всё правильно против серьёзного противника. Сначала напитал доспех Силой, активировал нужные амулеты и попытался отвлечь Назарова активными магоформами. Да только всё это было зря. Студент зачем-то бросился на барона и по самую шею провалился в образовавшуюся яму.

— Ого! — воскликнул Константин Михайлович, ощутив дрожь пола под ногами. — Кажется, парку конец.

На Петра Воронцова было больно смотреть. Он впился взглядом в монитор, с ужасом ожидая дальнейшего провала грунта, и уже просчитывал, сколько сдерёт с Казарских и Никиты компенсации за приведение ландшафта в порядок.

— Однако, — хмыкнул император. — Это что было сейчас?

— Полагаю, воспитательный момент, — пояснил Великий князь Константин, разглядывая, как Никита помогает Ивану вылезти из провала. — Сопляк прыгнул на боевого волхва и получил по заслугам. Назаров вообще с врагами не церемонится. Пусть радуется, что не переломал его.

— Ну что ж, развлечение закончилось, пора возвращаться в зал, — государь поднялся на ноги, старательно скрывая раздумья на лице. Он-то понял, что магическая техника, применённая Никитой, в корне отличалась от современных приёмов. Это было нечто древнее, покрытое таким толстым слоем забвения, что становилось страшно.

В какой-то момент Александр прикоснулся к плечу брата и оба Меньшиковых уединились в одном из будуаров.

— Помнишь историю про архив Назаровых? — спросил он. — Китсеры так ничего и не выяснили?

— Бесполезно, — махнул рукой Константин Михайлович. — Они как в воду канули. Возможно, их и не было.