Книга Охота за тенями, страница 31 – Валерий Гуминский

«Интересно, назовут ли они фамилии этих людей или скроют, побоявшись, что я самолично начну за ними охотиться?» — подумал волхв, глядя на мнущегося Хорнека.

— Не было причин задерживать. Обычные люди, муж с женой, слёзно попросили дать им разрешение покинуть Прагу. Их срочно вызвали на какую-то важную конференцию в Берлине. Господин Копецкий снял слепок аур, а я дал распоряжение не задерживать эту пару.

Картина начинала проясняться.

— Именно в Берлин? — уточнил он.

— Да, что в этом странного? Они и ехали туда, но ради Праги задержались на пару дней. У нас красивый город…

— Не спорю, сам очарован… Как их зовут?

— Информация служебная, разглашению не подлежит, — твёрдо произнёс Яков.

— Не настаиваю, — пожал плечами Никита. — Ауры сличили?

— Да. Ничего подозрительного. С Гравой они контактировали, но в его номере никогда не были.

— Ну что ж, в таком случае я вам ничем помочь не могу, — Никита решительно встал и поглядел на встрепенувшегося Юркевича. Раскрывать свои карты перед людьми, так некомпетентно проводящими расследование, он не собирался. Дуарх и Ульмах сейчас носом роют астрал, чтобы найти странную парочку, и рано или поздно отыщут. — Кстати, как был убит Грава?

— Ударом стилета в сердце, — пробурчал Хорнек. — Открыл дверь и тут же получил несколько дюймов стали. Само орудие убийства не обнаружено.

Странности переставали быть таковыми. Никита почти сложил картину из разрозненных кусочков, оставалось только подтвердить свою догадку, впрочем, уже обретшую ясность после похищения Полозовых.

— В таком случае позвольте нам отбыть, господа, — Юркевич решительно взял в свои руки инициативу. — У Никиты Анатольевича скоро самолёт, поэтому не хотелось бы гнать машину с нарушением дорожных правил. Всего хорошего.

Хорняку только и оставалось с кислым видом подтвердить, что у полиции Праги нет больше вопросов. Впрочем, руку Назарову он пожал, а Копецкий лишь кивнул, не вставая с кресла. Колобок был ещё тем снобом, а говорят, что полные люди обладают радушным характером.

Когда консульская машина отъехала от департамента на приличное расстояние, Юркевич не удержался от вопроса:

— Вы хоть поняли, зачем вас Хорняк вызывал к себе?

— Соскучился, наверное, — не удержался от улыбки Никита. — А если серьёзно, пражская криминальная полиция в тупике. Она упустила настоящих убийц.

— Так вы думаете, что та семейная пара и есть убийцы? — вытаращился на него секретарь.

— Предполагаю. Как сами думаете, Артемий Иванович, стал бы магистр, знавший, что за его бумагами охотятся, столь беспечно относиться к своей безопасности? — задумчиво произнёс Никита, успевая краем глаза разглядывать усыпанную снегом Прагу из мчащейся машины. — К нему постучались, и он с радостью распахнул дверь, чтобы получить острым стилетом в сердце? А где защита?

— Значит, это были его знакомые, — уверенно ответил Юркевич. — Очень хорошие знакомые, а то и друзья. Грава приоткрыл дверь, убедился, что опасности нет, и впустил их к себе. И сразу же был убит.

— И аккуратно уложен в кресло, — кивнул Никита. — Вас ничего не смущает?

— Да если честно, я вообще в криминалистике дуб дубом, — рассмеялся секретарь. — Упражнение для мозга, развлечение… Но да, есть сомнения. Магистр должен был находиться под защитой своего стихийного доспеха. А он его не использовал.