Книга Охота за тенями, страница 50 – Валерий Гуминский

Удивительно, почему при столь массовой застройке вдоль Арсенальной набережной, усадьба якобы принадлежавшая барону Фредриксу, до сих пор оставалась нетронутой, хотя уже давно пришла в запустение. Большой тенистый сад облепил особняк, превратив его в великолепное место для игр детворы или для сборищ сомнительных личностей, коих в Петербурге хватало. Влюблённые парочки сюда ходить опасались, слишком уж мрачновато выглядел замшелый дом, опутанный диким плющом и накрытый огромными кронами тополей. Изредка здесь назначали несанкционированные дуэли молодые одарённые из аристократических родов. Очень уж удобной казалась заброшенная аллея для подобных противостояний. Правда, до того момента, когда взбешённый граф Апраксин — председатель Дуэльной Комиссии — не поднял вопрос о целесообразности наказания за такие дуэли перед императором и вместе с ним устроил форменный разнос Главам и Патриархам. С тех пор всё как-то успокоилось, и завсегдатаями бесхозной усадьбы остались дети

А сама история столь странного положения особняка крылась в банальной невозможности найти истинного хозяина. Фредриксы давно покинули Россию, но кто именно владел усадьбой на данный момент, невозможно было докопаться. Слишком запутанной оказалась история передачи прав. Вот и умирал особняк медленно и мучительно, щедро сдабривая землю густым покровом палой листвы. Поговаривали, что градоначальник хочет разбить здесь парк для отдыха горожан. Место очень перспективное, осталось подождать несколько лет, когда закончится срок запрета на отчуждение земли и частной собственности на неё.

— Слон, передай Гитаристу, чтобы за нами не ехал. Пусть со своей группой проникнет на территорию усадьбы со стороны набережной и оттуда продвигается к особняку, — приказал Никита.

Личник повторил сказанное и показал знаком, что Гитарист всё понял, будет ждать сигнала к атаке.

— Не торопись, езжай медленно, — теперь приказ предназначался водителю.

Внедорожник замедлил ход, и Никита внимательно присмотрелся к засыпанному снегом парку и мелькающему среди голых деревьев двухэтажному каменному дому с провалившейся в некоторых местах крышей, с обшарпанными стенами, опутанными засохшими нитями плюща. Кирпичный забор в некоторых местах ещё не разобрали до фундамента, отчего он был похож на обломанные зубы уснувшего животного. Не удивительно, что рядом с особняком старались не селиться. Странная и нехорошая аура исходила от куска территории в самом центре столицы.

А вот чуть дальше пошли склады, конторы и обветшалое здание канатной фабрики, где сейчас копошились строители. Никита знал, кто выкупил старинные корпуса. Воронцовы вдруг решили вложиться в строительство завода игристых вин. Это куда лучше, чем бесконечное расширение империй Шереметевых или Волынских. Чем больше крепких Родов, не входящих в клановые структуры, тем сильнее будет давление на петербургские кланы. Им просто не дадут бесчинствовать.

Водитель свернул направо и по накатанной кем-то дороге проехал несколько вдоль забора, пока Никита не сказал ему остановиться перед покорёженными небольшими воротами, одна половина которых оказалась чуть ли не вырванной из петель и чудом держалась на весу. Второй половины не было. Вероятно, лежала засыпанная снегом или кто-то шустрый уволок её на переработку. Всё-таки металл, возможно и чугун. Тоже денег стоит.